— Олег очнись ты, услышь голос разума, немедленно высади эту девку, потом как-нибудь разберёшься:
— Знаешь, что эта девка виновата в том, что моя жена сейчас лежит в реанимации?
— Олег ты никому лучше не сделаешь, если сейчас просто её где-нибудь самолично абортируешь, ты же не мясник. В конце концов, у тебя же должна быть голова на плечах.
— Она у меня есть на плечах, — ответил я холодно.
— Господи, пожалуйста, кто-нибудь помогите мне, — визжала по-прежнему Зоя, чем вызывала приступ мигрени у меня. Я сцепил зубы.
— Давыдов, давай позже услышимся"
"— Олег не смей этого делать, Олег — рявкнул в последний момент Клим, но я уже отключил вызов, холодно посмотрел в зеркало заднего вида, где, сжавшись на сиденье, прижимала колени груди Зоя.
— Угроза выкидыша, говоришь? Так, может, не надо по всем подряд скакать? —оскалился я.
— Ты ничего не понимаешь, это все из-за тебя, потому что я думала, что ты меня любишь.
— Ты дура или как? — вызверился я, ударив по рулю запястьем. — Ты что считаешь, что от одного раза кто-то в кого-то влюбляется? Не надо строить иллюзий, ты давно не девочка.
— Ты не посмеешь, не посмеешь тронуть моего ребёнка!
— Мне плевать на твоего ребёнка. Ровно так же, как тебе было плевать на моего, если ты считаешь, что я с тобой играю, или до этого я с тобой шутил, то ты ошиблась.
Трасса засияла огнями, впуская меня в жерло города. Я прибавил газу, выезжая на загородный проспект, и начал сновать между рядами. Зоя выла и скулила, не давая мне сосредоточиться.
Вбив в навигаторе первый попавшийся медцентр, я прикусил губы и свернул на развязке.
— Олег, остановись, не делай этого. Ты пожалеешь.
— Мне без разницы. Ты у меня ребёнка угробила.
— Олег я тебя умоляю, не надо этого делать, Олег, ты же не такой. Ты нормальный.
Я в очередной раз вздохнул, как она не могла понять, что я отнюдь не нормальный, как она не могла понять, что она для меня всего лишь камень преткновения, досадное недоразумение, которое разрушило мою семью.