— Да, я так считаю, потому что Варя спокойная, мягкая женщина и как спокойная мягкая женщина, она могла просчитать последствия своего поступка, и она хотела этих последствий. Она могла остаться, она могла привести меня в чувства, но она специально усугубляла ситуацию. Она доводила её просто до какого-то идиотизма, этот побег из больницы, эти крики, этот скандал в тот вечер.
Давыдов зажал глаза, и в этот момент у меня зазвонил мобильник. Я резко дёрнулся рукой в карман, вытащил, увидел номер тёщи, тяжело вздохнул, ощущая непонятный страх, волнение, панику.
Я принял вызов и услышал надрывное в трубке:
— Олег, Олег, здесь приехали полицейские, они пытаются что-то выяснить. Я ничего не понимаю. Говорят, что больница была обязана сообщить о дтп и Олег... Что нам делать?
39.
Олег.
Я облизал пересохшие губы и показалось, что на них выступила кровь."
"— Мам, я понял, сейчас я приеду. Все хорошо, не бойся ничего. Все хорошо, мамуль, — сказал я быстро и скороговоркой. Давыдов сразу на меня посмотрел и вскинул бровь.
— Что там?
— Менты приехали по поводу аварии.
— И что ты собираешься делать?
— В смысле, что я собираюсь делать? — Вызверился я. У меня жену сбила машина из за того, что две твари её пихнули под колеса. Что я собираюсь делать? Я собираюсь добиться того, чтобы все получили по заслугам, и все.
Давыдов тяжело задышал, но только спросил:
— На твоей тачке, на моей?
— Каждый на своей, — обрубил я, потому что понимал, что раз все дела на сегодня закончены, то я останусь в больнице, а тещу отправлю домой, тестю там и так, наверное, нелегко с Линой.
Через десять минут мы припарковались возле забора больницы, и я, быстро выйдя, пошёл к входу. Давыдов стоял, разговаривал с кем-то по телефону. Но после догнал меня как раз у самых ступенек.
— Так слушай сюда, сейчас я позвонил одному знакомому, офигенному адвокату.
Он тоже присоединится ко всем мероприятиям происходящим сейчас в твоей жизни.
Я благодарно кивнул, хотя понимал, что здесь спокойно можно было справиться самому.
— Олег Ружанский супруг потерпевшей, — следователь смутился, подскочил, протянул мне руку в ответ, и опрос начался по новой.