"
"– А что же ты в меня стрелял? – сказал со стороны скованный наручниками Джогирг Зурабов. Ему как раз перевязывали колено, простреленное снайпером, и готовились наложить шину, потому что девятимиллиметровая пуля «Винтореза» способна разнести кость на осколки. – Если бы не бронежилет, у меня в спине была бы дыра с тарелку…
– Ты считаешь, я должен был позволить тебе застрелить моего сына?
– Твой сын со спецназом спутался…
– Он не шлюха, чтобы с кем-то путаться. Он захотел отомстить за нашу собаку и, я считаю, поступил правильно.
– Ты хотел убить меня в своем доме, оказав перед этим гостеприимство. В нашем народе так себя не ведут. – Джогиргу все же хотелось оставить последнее слово за собой.
– Я не принял бы тебя в своем доме, как давно уже не принимаю у себя Амади. Ты пришел только на мое рабочее место, и все… Как пастух защищает свое стадо, так и я защищаю свою метеостанцию.
– Всем, кто свободен, – сказал подполковник Занадворов. – Таскаем камни на край, делаем бруствер. Пойти они могут только с двух сторон – от тропы и от хребта. Эти стороны и укрепляем.
И первым взялся за работу, показывая Абали, что разговор закончен. Тот, обняв сына за плечо, повел его в дом, куда за ними зашла и Альбика, не вступившая в разговор мужчин.
* * *– Товарищ подполковник, – не отрываясь от прицела, обратился к командиру старший лейтенант Шумаков, – попросите хозяина зарядить мне запасные аккумуляторы.
– Давай. Сколько требуется на полную зарядку?
– Около четырех часов.
– Ладно, сколько ни зарядим, все хорошо будет…
Снайпер отложил винтовку, снял с плеч рюкзак и вытащил из кармашка зарядное устройство с уже вставленными туда тремя аккумуляторами нестандартного размера. Подполковник ушел в дом и вскоре вернулся вместе с Абали Дидиговым.