Когда дверь в кабинет господина мэра отворилась, вместо герцога Гейрлейва в помещение сначала вплыл заметно округлившийся живот, а следом за ним показалась и его хозяйка.
Ханнелор, увидев меня, тут же бросилась в мою сторону и сжала в крепких объятиях.
— Ханни, ты что здесь делаешь? — ужаснулась я, — Приходить сюда — опасная затея для девушки в твоем положении.
— Я ей говорил то же самое, — подал голос герцог, показавшийся в дверях, — Но разве ее кто-нибудь остановит?
— Ой, я вас умоляю. Что они могут мне сделать? — отмахнулась от нас герцогиня, — В крайнем случае подниму мертвецов, и они будут держать осаду дома хоть неделю.
— Не хотелось бы доходить до такого крайнего случая, — мрачно обронил Габриэль.
И этой фразой тут же привлек к себе внимание моей подруги. Жена главы тайной канцелярии рассматривала Делмарка с такой тщательностью, что всегда нахальный и уверенный в себе Габриэль даже стушевался.
— Мы не представлены друг другу, — произнес он.
— Ханнелор Гейрлейв, — с неподдельным энтузиазмом представилась подруга и протянула господину мэру ладонь для рукопожатия.
— Габриэль Делмарк, — произнес он в ответ, мягко пожимая девичью ручку.
— Да, я наслышана, — тут же ляпнула Ханни.
И господин мэр бросил в мою сторону крайне ехидный взгляд.
— Боюсь представить, что она могла обо мне вам наговорить.
— Ничего такого, о чем бы вам стоило переживать, — заверила его герцогиня.
Герцогу Гейрлейву повышенный интерес к его супруге явно пришелся не по душе.
"Я тихо хмыкнула себе под нос. Нашел о чем переживать. Да кто у него драгоценную супругу уведет, когда свидетельство их большой и светлой любви прямо налицо?
— Ладно, — поспешил перейти к делу глава тайной канцелярии, — Давайте обсудим вопрос, ради которого мы и приехали.
Но прежде чем переходить к обсуждениям, герцог скосил взгляд на Габриэля и поинтересовался у меня деловито:
— Насколько лорд Делмарк введен в курс дела?
— Частично, — пришлось признаться мне.
Говорить ему об участии Арнольда во всех моих бедах, я пока опасалась.
Габриэль мое «частично» никак не прокомментировал, но взгляд, которым меня окинул господин мэр, говорил красноречивее любых слов.
Герцог наши переглядки заметил и заинтересованно повел бровью.