Когда заурядная «девятка» с самыми обычными номерами подъехала к подъезду старомодного, но респектабельного, как «Роллс-Ройс», здания, плотный милиционер с лейтенантскими погонами и насупленным лицом подскочил к ним, как петух к проникшему на его территорию сопернику:
– Куда?! Не видишь знаков? Быстро вали отсюда, пока права не отобрал!
– Я к Стравинскому, – выглянул в окошко Карпенко.
– К кому?!
– К Стравинскому.
– К какому Сравинскому?! – разъярился лейтенант. – Дергай отсюда, я сказал!
Но тут как из-под земли рядом с машиной вырос невысокий человек в штатской одежде: костюме, сорочке, галстуке – обычной униформе чиновников.
– Почему вы не знаете фамилию советника Президента? – строго спросил он у милиционера, и лейтенант мгновенно сдулся, как воздушный шарик, из которого выпустили воздух. – На этих товарищей выписан пропуск!
– Виноват! – козырнул лейтенант и деловито отошел к воротам, будто увидел там какой-то непорядок и собирался его немедленно устранить.
– А вас, Виталий Сергеевич, прошу за мной! – Человек с бородавкой сделал приглашающий жест. – Меня зовут Роман Анатольевич. Надеюсь, оружия при вас нет?
– Нет, – качнул головой Виталий. Еще на подьезде к Старой площади он предусмотрительно спрятал «хай пауэр» обратно в «бардачок».
Они прошли через высокие массивные двери в величественный вестибюль, Роман Анатольевич показал пропуск постовому, Карпенко шагнул через рамку металлоискателя, вспыхнула зеленая лампочка.
– Стравицкий недавно здесь, не вся обслуга его знает, – пояснил он и представился: – Я советник у товарища Стравицкого. Советник советника!
Он улыбнулся и подмигнул. Карпенко сразу почувствовал расположение к этому человеку.
Они прошли по широкому, покрытому ковровой дорожкой коридору. На подоконниках стояли цветы в горшках, в рекреациях – фикусы в кадках. Во внешней обстановке, на взгляд Карпенко, ничего не изменилось.
– Мой совет, – сквозь зубы проговорил Роман Анатольевич, явно опасаясь микрофонов. – Подумайте о своей официальной безопасности. Задайте вопрос о прикрытии. И гарантиях.
– Что? Каком прикрытии?
– Поймете по ходу дела.
Карпенко взглянул на застывшее лицо спутника.