– Давай пиши, коза драная! Выгонять она собралась! Да кто ты такая? Твое дело оформлять: двести шестой номер тире двести восьмой! Я что, зря бронировал? Зря деньги переводил? Вот и выписывай пропуска, не важничай! Расселась тут, фря голимая! Выгонит она… Это когда вгоню тебе по самые помидоры, тогда выгонять будешь! Пиши!
– Фря голимая! Коза драная! Га-а! – подхватили остальные и зареготали, словно услышали совершенно новые слова или очень смешной анекдот.
Как во сне слышала администратор Светлана запинающийся голос охранника, доносящийся с другого конца холла, – тот что-то объяснял спортсменам, уговаривал.
И вот все рухнуло.
– Давайте считать это небольшим недоразумением.
Потом администратора Светлану увели в комнату для персонала и дали ей чаю с валерьяновыми каплями. Дежурная, протерев салфеткой стойку, тем временем стала сама заполнять документы для вселения постояльцев в номера с 206-го по 208-й.
А охранник Андрей, удалившись от посторонних глаз в пустой курительной комнате, говорил с кем-то по телефону:
– Они на месте.
* * *Булкин был прав: думать – прерогатива генералов. Карпенко и Борисов сидели напротив друг друга в кабинете начальника дивизиона и обсуждали план по ликвидации тиходонской и московской УТГ, который придумал командир «Меча Немезиды». Его заместитель слушал внимательно, но в восторг не пришел. Скорей наоборот.
– То что они перебьют друг друга – это хорошо, – кивал Борисов.