Шаура подошел к киоску, вытащил пачку денег, аккуратно отделил одну купюру и купил бутылку «Старопрамена». Железными пальцами сорвал крышку, сделал несколько больших глотков. Но вкуса не ощутил. И радости никакой не почувствовал. Может, потому, что у них были потери. Двое. И у американцев – тоже двое. Но зато потом, когда началось, наркодельцов положили несколько десятков!
– Гля, вон у того лоха целый пресс бабок! – сказал щекастый молодой человек своему товарищу. – Зови ребят, быстро!
Майор все же допил безвкусную жидкость.
И Константин смотрел на них так же. Это были женщины другого круга, другой породы. А потому не представляли для него ни малейшего интереса. Как симпатичные кошки.
Он пошел по длинной, неосвещенной аллее, и метров через пятьдесят его догнали.
– Дядя, дай закурить! – послышался сзади молодой и явно нетрезвый голос.
Майор обернулся. Пятеро юнцов с дегенеративными лицами и оловянными глазами. У двоих в руках ножи, у одного кирпич. Наверняка увидели, как он доставал деньги. Зарплата за месяц со всеми надбавками. Не такие великие деньги, чтобы отдавать за них жизнь. Но они считают, что можно рискнуть.
– Кто просит? – резко прозвучал встречный вопрос.
– Ну, я прошу! Давай сигарету! – Тот кто отвечал, явно не был самым сильным. Но, безусловно, самым наглым.
– На.
Константин выбросил руку. Пацан скорчился, упал и остался лежать. Не шевелясь и не издавая никаких звуков.
Пример товарища – самое наглядное, что может быть на белом свете. Об асфальт лязгнул нож, отлетел в сторону кирпич. Уцелевшие юнцы, не заботясь о пострадавшем, мгновенно бросились врассыпную и скрылись из глаз. Константин пошел дальше. Он мгновенно забыл о происшедшем, как привычный и маловпечатлительный человек, отогнавший напавшую собаку, тут же забывает об инциденте.
В памяти стояло совсем другое: садящиеся в лагере наркоторговцев вертолеты правительственных сил и опережающая их атака русских и американских «спецов». Может, надо было выждать, чтобы полицейские высадились и развернулись? Но Мендоса мог уйти… Зато тогда наверняка не погибли бы ребята… Невыполненное задание и отсутствие потерь или успех ценой человеческих жизней? Для военных главное – выполнить боевую задачу, причем любой ценой.