Насколько мой мозг помнит, у нас с Димкой общая беда – проблемы с выполнением домашних заданий на семинары по английскому. Думает, что я ее выполнила? Наивный.
– А мне и не надо. Пока не надо. Ты помнишь о протекции? – широко, как лягушка, улыбнулся одногруппник.
– Какой?
– Обычной, – и, наклонившись ко мне, он зашептал дурашливо, но с серьезным выражением лица. – Короче, тут ребята с иняза говорили с утра, что ты реально со Смерчем встречаешься. Что, правда? Парочкой стали?"
"– Э, что за бред? – толкнула я его локтем.
– В общем, тут уже все в курсе ваших амуров. Я тебя поздравляю и все такое… Слушай, Бурундукова, давай забудем все наши размолвки, и станем хорошими друзьями. Ты же любишь протесты? Вот мы и опровергнем слова, что между мужчиной и женщиной не может быть дружбы, – голос однокурсника стал более серьезным, даже деловым, как у продюсера звезды шоу-бизнеса, уговаривающего капризного подопечного сняться в рекламе обнаженным. – Говорят, у Дэна со всеми преподами на инязе отношения гудовые…
– Какие? – не поняла я.
– Гудовые, – потрудился объяснить слово странного происхождения Димка, наклоняясь еще ближе, – ну, значит, хорошие – от слова «good». И с нашей англичанкой тоже. Короче, пусть нам твой Дэн поможет сдать в этом году экзамен по ин…
– Чащин, ты выпил? – оттолкнула я от себя парня, сильно уж прильнувшего к моему плечу. – Что за странные слухи? Какая еще парочка? Что ты несешь?
– Тише, – поморщился одногруппник. – Препод услышит.
– Чащин, – понизила я голос до хриплого взволнованного шепота, – какой кретин сказал тебе, что мы встречаемся?
– Сегодня с утра многие об этом говорили.
– Перестань так лыбиться, я же сказала! Ты меня пугаешь. И о чем говорили? – спросила я, снова устраивая голову на тетради и, глядя на него теперь снизу вверх. Вечно Чащин всякую фигню несет – любит меня донимать. Я, впрочем, ничем не лучше.
– Ну, ты и тупица, – покачал коротко стриженной головой Димка. – Конечно же, о том, что ты с Денисом Смерчинским встречаешься. Я же сказал.