Покидали ее шумно, с улыбками и сдвоенными чувствами: вроде бы все три года так мучились из-за энглиша, конечно же, по студенческому обыкновению, обвиняя во всем препода, а тут она, эта самая зловредная препод, заставила нас переоценить себя, как личность, совершив такой классный поступок! По-моему, до конца своих дней наша подгруппа будет вспоминать ее, как доброжелательную милую женщину и настоящего, серьезного преподавателя одновременно. Все пришедшие студенты стали счастливыми обладателями «автоматов»: пятерок, конечно, не было, но и троек было мало.
– Да не надо никак. – Прижимала я зачетку к груди с совершенно наисчастливейшим выражением лица, совсем позабыв про дрянного Тролля.
– А что он любит? Что ему нравится? – не отставали сокурсники. – Что ему в ответ хорошего сделать?
– А я-то откуда знаю? – Слегка прибалдела я от таких расспросов.
– Ты же его девушка, ты должна знать! – заныли ребята. А, ну да, точно. И в их глазах – уже давно так…
– Сладкое он любит. И людей доканывать, – объявила я, чуть подумав, вспомнив, с каким постоянством Дэн покупает что-нибудь вкусное. Тогда, в кино, еще и поп-корн велел прихватить…
– Давайте ему сюрприз устроим? – вдруг предложил кто-то. – Подарим ему что-нибудь классное за то, что он нам халяву с английским устроил!
Это предложение устроило, всех, кроме меня.
– Э, нет, – замахала я руками в шоке от того, как народ любит моего почти настоящего парня, хотя, признаю, за дело, – не надо ему никаких сюрпризов!
– Надо! – заверещали девочки. – Смерч нас спас от осенней пересдачи!!
– И от гнева Королёвой!
– Давайте ему торт подарим огромный?
– Со стриптезершой? – заржал Димка на пол коридора.
– И в роли стриптизерши будешь ты, – кинула я на него косой взгляд. Остановить этих беспредельщиков я уже не могла.