Ты, впрочем, так и делаешь. Так что у тебя за девушка?
– Мы с ней просто переписываемся и разговариваем по телефону, – отозвался Микаэль. – Но не встречаемся.
– Она так страшна? – полюбопытствовал Смерчинский.
– Напротив. Красива.
– У тебя интернет-роман? Скучно.
– Это тебе скучно. А мне нет. Я видел ее в реале. Она очень милая и… – Ланде отвлекся, что-то увлеченно печатая, видимо, в ответ девушке.
– И?
– И она мне очень нравится. Хотя все началось с банальной жалости, – признался Ланде, – но….
Он опять замолчал, и парень в очках вновь услышал стук его пальцев по клавиатуре.
– Что «но»?
– Она – как морской бриз. – Мечтательно проговорил Микаэль. – Когда мы общаемся с ней, мне кажется, что я стою около моря, босыми ногами на песке и чувствую, как этот бриз обдувает меня. Мятный бриз.
Петр поморщился, но свои ехидные слова говорить не стал. Ланде – человек творческий, а у них в голове действительно какой-то свой особенный ветер. Сам Смерчинский был скорее технарем, расчетливым и умеющим многое просчитывать человеком, которому многие душевные порывы Ланде были абсолютно чужды.
– Бриз? Ну-ну, пусть будет бриз. И не уходи в просторы Интернета вслед за своим бризом.
– Прилично. Говорю же, мы еще и разговариваем. М-м-м, с ней можно общаться даже ни о чем, и все равно кажется, что я знаю ее уже сто тысяч лет. Как будто тысячу лет уже стою на этом пляже, и она вокруг меня. – Голос Ланде еще больше потеплел, и Петр даже улыбнулся этому. – Везде. Ощущение, как при медитации…
И он пустился в долгое рассуждение, из которого Смерчинский понял, что его друг таки встрял.
Минут через десять, когда он уже подъезжал к своему дому, Петр перебил Микаэля.
– Слушай, ты же у нас эксперт в области чувств, – за насмешкой в его голосе пряталось любопытство. – Ответь мне на один вопрос.
– Какой же? – полюбопытствовал Ланде.
– Если есть три таких составляющих: мне плевать на ее социальное положение, на ее высокий рост, и я не могу сделать ей что-то против ее воли.