– Маша, ты? Узнала? – без приветствий, отрывисто спросила меня Оля.
– Узнала. Что хотела? – тихо проговорила я. Она продолжала не нравиться мне, но после того, что я узнала о Князевой – другой Князевой – от Димки, мне стало жаль ее, а еще и стыдно – за то, что я сделала ее несчастной.
– Прости, если побеспокоила. – В ее тоне не было и намека на извинение. – Но мне нужно с тобой кое о чем поговорить.
– О чем?
– Это не телефонный разговор.
– Да ну?
– Я бы позвонила тебе раньше. Но я обо всем узнала только сегодня.
– Ты о чем, Князева? Или говори, в чем дело, или клади трубку. – Ее тон меня напрягал, а спросить о Смерчинском хотелось все больше и больше.
– Девочка моя милая, – голос Ольги был не таким милым и учтивым, как всегда. Видимо, я только что познакомилась с ее второй стороной, стервозной, той, что зажигала в клубах и умела пить. – Тебе уже очень много годиков, а ты все как маленькая.
– Знаешь что? – вскипела я, – я Димку тоже люблю, как брата. И тоже не позволю портить ему нервы. Поняла?
Ольга хмыкнула.
– Давай встретимся и поговорим.
– Хорошо. Завтра. Завтра днем. – Решила я. – Мне есть, что сказать.
– Отлично. И мне есть. – Согласилась Оля. – Я приеду к тебе утром. В 12.
– Идет.
И мы, не прощаясь, одновременно бросили трубки.
– На-а-астя! Поздравляем!! – закричали девчонки где-то за стеной. А я опустилась на пол, сжимая телефон в руках. Ну что же, будем ждать завтрашнего утра, Ольга.
И это утро пришло очень быстро.
Она пришла, как и обещала, ровно в полдень. Я уже ждала Князя, и мама даже сначала подумала, что я жду Дэна – с таким нетерпением я ходила около двери. Я не могла понять, что она хочет от меня и почему Оля заговорила о Смерчинском.
Раздался протяжный звонок в дверь, и я резко распахнула ее.
– Проходи.
– И тебе здравствуй. – Отозвалась Оля и вошла, оглядываясь. Она, с аккуратным хвостиком, без макияжа, в белоснежном простом коротком сарафанчике, в модных сандалиях являла собой образец хорошей приличной девочки.