Она кивает, топает к двери, а я, не удержавшись, мародерствую.
Что было усвоено в первую очередь в далекой африканской стране, где любого белого принимали за захватчика, так это то, что на мертвецах может быть много чего нужного и интересного. Правда, на неопознанных мертвецах чаще всего бывают замаскированные взрывные устройства, но тут-то все опознанные. Потому быстро шмонаю, попутно прислушиваясь к нарастающему шуму, запихиваю все добро, без разбора, в карман. Кроме мобилы. Мобила — мой главный враг, спутники, суки, и над Аргентиной летают тоже.
За время моего мародерства Эва умудряется не только дойти до двери, но и привести себя в порядок. Разорванную до пояса майку вяжет узлом, и я не удерживаюсь, моргаю на ее впалый гладкий живот с аккуратной впадинкой пупка. Белая-белая кожа…
Так, тормози, Борюсик, тормози… Дело прежде всего. А потом… Потом и на животик можно будет глянуть попристальней.
На полу валяется широкополая мужская шляпа. Да, такой бред тут еще таскают.
Подхватываю, пялю на Эвиту. Особо не поможет, но хоть чуть-чуть… Я бы ей футболку свою тоже отдал, но полуголый гринго привлечет куда больше внимания, чем белокурая славянка.
Так что, имеем то, что имеем.
Приоткрываю дверь. Слушаю. Гул голосов слева, как раз в той стороне я побезобразничал немного.
Значит, нам направо.
— Погнали, Эвита, — киваю девчонке, — и шустро. По сторонам не смотришь, только перед собой и вниз. Голову опускаешь. Поняла?
— Да… Но…
— Никаких но, блять! Валим!
— Но тут… могут быть еще девчонки… Я приехала с группой целой… И они все думали, что танцевать будут.
— Ну дуры, значит, как и ты. Но тебе повезло встретить меня. Валим.
— Нет!
Так… Только этого дерьма мне и не хватало. Времени в обрез, надо убираться, а у меня тут Робин Гуд в шляпе.
Разворачиваюсь к упрямо поджавшей губы девчонке, хватаю за плечи, чуть склоняюсь. Все же, хорошо, что она такая высокая. Удобно.
— Так, слушай сюда. — Шиплю ей в лицо, злобно скалясь и постоянно слизывая с лопнувшей от удара губы кровищу, — я не смогу спасти всех.
— Их к тому времени…
— Найдем, значит. Все. Обещаю. Поняла?
— Да.
— Веришь?
— Да.
— Валим.
Кивает, опуская глаза.
Все, отлично. Бунт на корабле подавлен, можно выдвигаться. Если, блять, получится…
Опять выглядываю в коридор. Звуки удаляются.