Это что сейчас было, а?! Какая-то мочалка, обозвала меня сорокапятилетним стариком, сказала, что у меня больная печень и я на грани инфаркта. Предложила мне капельки, чтобы я перестал быть бешеным?!
— Убью! — заорал я, срываясь с места и выбегая в приемную, где столкнулся нос к носу со своим отцом. Тот смотрел на меня, улыбаясь лукавой улыбкой.
— Вот, зашел проверить, как вы тут нашли общий язык. Вижу все хорошо, да Верочка?
— Все отлично, Валерьян Тимофеевич, Егор Валерьянович согласился капельки успокоительные попить, завтра начнем, — ответила Вера, и отец то ли крякнул, то ли хохотнул.
— Пойдемте со мной Вера, Тамара купила замечательный кекс, чайку попьем. До совещания еще двадцать минут, у вас все готово?
— Да, сейчас возьму бумаги и иду, — встала Вера, нашла на столе нужную папку и они с отцом вышли из моей приемной. Затем, ее голова снова возникла в дверях, а я еле сдержался, чтобы не подскочить и не зажать ее, смотреть, как она синеет и корчится задыхаясь.
— Через пятнадцать минут в зале совещаний, Егор Валерьянович, не опаздывайте, — голова скрылась, и я снова замер. Почему я при ней стою вечно как столб? Когда собираюсь прибить ее на месте, она обязательно что-нибудь ляпнет, и я выпадаю в осадок. Интересно, сколько дадут за убийство в состоянии аффекта? Надо в интернете посмотреть на всякий случай. И как это состояние доказывают? Может симптомы какие-то есть?
Я вернулся в кабинет и начал мерить шагами пол, ходя из угла в угол.
С этими мыслями я вышел из кабинета и направился к лифтам, весь как-то дергаясь.
В большом кабинете для совещаний собирался народ, и я немного расслабился, встречая знакомых и пожимая руки. Некоторые были со своими секретаршами, и я хорошо был знаком с парой из них, а вот одну новенькую видел в первый раз. Хороша, губы красные, волосы длинные, серебристые, фигурка и грудь прямо сами в руки лезут.