– Значит, в их карточной компании конфликтов не было… А на работе? Муж вообще рассказывал вам о своей работе?
– Он мне рассказывал обо всем, – твердо ответила Марина Котова. – У него не было от меня секретов. Наоборот, только здесь он мог выговориться, излить душу. Он почти каждый вечер рассказывал, что у него было на работе.
– И что он рассказывал? Случались конфликты?
– Ну, как вам сказать… – пожала плечами вдова. – Смотря что считать конфликтами. Какие-то разногласия, расхождения происходили постоянно.
– Ваш муж переживал из-за этих столкновений?
– В общем, да. Он все это принимал близко к сердцу. Денис очень серьезно относился к своей работе.
– Скажите, а в последнее время этих конфликтов не стало больше? Не возникло чего-то нового, чего прежде не было?
– Да нет, мне кажется, ничего такого особенного не было… – не очень уверенно ответила женщина.
– Послушайте, Марина Григорьевна, постарайтесь вспомнить, – произнес Гуров как можно более убедительно. – Это очень важно! Вспомните последний месяц перед гибелью вашего мужа. Вспомните каждый вечер, один за другим. Не говорил ли Денис о чем-то, что доставляло ему особое беспокойство?
Вдова задумалась. Минуту-другую молчала, потом произнесла:
– А знаете, вы правы.
– А какая была причина для этого беспокойства, он говорил?
– Вот это и было самое удивительное! То, что он не говорил об этом. Мучился, но не говорил. Только однажды, когда я к нему пристала, просила, чтобы он мне рассказал, что его мучает, он спросил одну вещь. Спросил, как я считаю, что важнее: долг или дружба? Я ответила, что вопрос поставлен слишком в общем виде, так я не могу ответить, пусть он разъяснит.
– А когда состоялся этот ваш разговор?
– Пожалуй, что недавно. Да, за неделю до этого… до его смерти.
– Ваш муж не называл никаких имен, связанных с работой? Не говорил о своих сослуживцах?
– Почему же не называл? Он многих называл.