Я, помнится, уточнил: «Ты о даче говоришь, что ли?» Он ответил: «Нет, не о даче. На даче от жены никуда не денешься. Место должно быть совсем твое, куда бы никому хода не было». Я спросил: «И что, у тебя есть такое местечко?» Он ответил: «Да, есть. Может, я как-нибудь тебя туда приглашу. Тебя, Диму, Костю Юматова, Дениса… Посидим в мужской компании… А то я там все время один». И после этого он назвал место… Какое-то растительное название… Вроде бы оно находится на берегу Волги – на нашем, правом берегу…
– Может быть, название – это какое-то дерево? – попытался подсказать ему Гуров.
– Цветок – это ближе… – пробормотал Спиридонов. – Цветок, только засохший… Да, вспомнил! – вдруг радостно воскликнул он. – Это сено! Местечко называется Сенное! Это в тридцати километрах от Сарматова, вверх по Волге. Там у него избушка в лесу, что-то вроде охотничьей сторожки.
– Значит, будем искать сторожку, – заключил Гуров. – А в ней – охотника…
Глава 28
Следующий час у оперативной группы прошел в изучении подробных карт местности в окрестностях поселка Сенное.
Члены группы нашли на картах уже десяток отдельно стоящих строений. Но после проверки их пришлось отвергнуть: у каждого имелись хозяева. Между тем уже смеркалось. Ясно было, что операцию по задержанию преступника придется проводить уже в темноте.
По приказу Гурова полиция уже перекрыла все дороги, ведущие из поселка, проверяла все машины. Если Борис Сидоров находился в своем «убежище», он не мог его покинуть. И все же у Гурова душа была не на месте.
"Вдруг лейтенант Удальцов отложил в сторону телефон, по которому вел переговоры с Сенным, и воскликнул:
– Кажется, я нашел! Вот у этого домика – он в трех километрах от поселка – по бумагам нет хозяина. Но полицейские в Сенном связались с прежним владельцем, и тот описал человека, купившего у него домик. Описание покупателя полностью совпадает с характеристиками Сидорова.