– Что делает?!
Джип скрылся за очередным крутым поворотом, и тут же с той стороны донесся грохот. Ехавшие впереди машины пошли медленнее, а потом вовсе встали. Гуров тоже остановил «Ауди», выскочил из кабины и побежал вперед.
Миновав поворот, он увидел, что случилось. Нет, джип не сорвался в пропасть, как это произошло с другой машиной из гаража Георгия Селезнева – с «Мерседесом», за рулем которого был Павел Горшенин. Он не вписался в поворот и врезался в скалу. Капот машины превратился в гармошку, кабина стояла торчком.
"Гуров растолкал людей и пробился к кабине. Удар был такой силы, что даже подушка безопасности не выдержала и порвалась, и Бориса выбросило вперед, на капот. Шея у охранника была сломана, левая рука тоже, из ран обильно текла кровь. Краем глаза Лев заметил, что кто-то из стоящих у машины людей звонит куда-то, до него донеслись слова: «Врача надо срочно, он сильно пострадал!» Поняв, что помощь уже вызвали, он нагнулся к охраннику, позвал:
– Борис! Борис!
Глаза на залитом кровью лице открылись, Громов увидел его, что-то попытался сказать, но ничего слышно не было.
– «Макаров» был мой… глупость сделал… с Кавказа привез, со службы… хотел сказать… но я не стрелял… не стрелял… клянусь… я хотел…
Борис силился сказать что-то еще, но судорога исказила его лицо, глаза закатились, губы сжались.
Кто-то довольно грубо дернул Гурова за плечо, отстраняя его от кабины. Он обернулся, увидел двоих полицейских, а за их спинами врачей и сказал:
– Все, его можно вынимать. Но помочь ему, кажется, уже невозможно.
Предупреждая вопросы, достал свое служебное удостоверение и показал его сотрудникам ДПС. Врачи между тем осматривали охранника, и один из них покачал головой. Да, помочь Борису Громову, как видно, было уже нечем.
Полицейские начали свою работу: измерять тормозной путь, фотографировать искореженную машину. Врачи извлекли тело водителя из кабины и уложили в «Скорую». Тут Гуров заметил, как к месту аварии подъехала еще одна полицейская машина. Из нее вышел капитан Коптелов и сразу направился к искореженной машине. Гуров двинулся ему навстречу.
– К сожалению, Громова допросить не удастся, – сообщил он капитану. – Он мертв.
– Разбился? – покачал головой Коптелов.