Она была этакого молочно-бирюзового цвета."
"— Это уже интереснее, — я погрузила кончики пальцев в источник — горячо, но терпимо. Зачерпнула немного и поднесла к губам.
— Олетта! Олетта! — кто-то решил разрушить мое уединение.
Мысли заметались. Сюда точно спешат люди, крича на все голоса. Но какая еще Олетта? Кроме меня тут никого нет.
И что делать? Дождаться их и попросить помощи или уносить ноги? Кто знает, что на уме у чужаков.
Сильный порыв холодного ветра разогнал туман, из леса высыпала группа людей. Меня они заметили сразу, и по выражению лиц стало ясно — искали именно меня.
— Наконец-то нашли!
— Далеко же вы убежали, голубушка!
Настроены не враждебно, и то хорошо. Участившийся было пульс начал успокаиваться. Я выдохнула и снова согнулась в приступе кашля.
Внезапно люди в странных одеждах расступились, пропуская вперед пожилую женщину. Она шла торопливо, опираясь на палку. Смотрела на меня, подслеповато сощурив глаза. На плечи был накинут шерстяной платок, концы которого свисали до земли.
— Внученька! Ну что же ты как меня испугала? Опять сбежала поди. Раздетая и в такой холод… — она сокрушенно покачала головой.
— Постойте, какая внученька? — вырвалось прежде, чем я успела подумать.
А бабуля вдруг отшатнулась и уронила палку, зажала рот рукой.
И тут я поняла, что она разговаривала со мной каким-то странным тоном. Будто я трехлетний ребенок. Ладно, лучше сразу расставить все точки над «и».
Я протянула руку ладонью вперед, показывая, что мои намерения чисты.
— Уважаемая…
С неожиданной прытью та бросилась ко мне и схватила за локоть.
— Тихо, помолчи, — процедила глухо, а сама обернулась к сопровождающим: — Всем держать язык за зубами! А мы возвращаемся в замок.
Я была так ошарашена, что не смогла даже возразить.
Я оказалась неизвестно где в чужом теле. Какая-то мадам считает меня своей внучкой. Здесь одеваются явно не по моде двадцать первого века, а еще живут в замках.
Поэтому лучше всего сделать вид, что все в порядке, поддержать игру. А там разберемся.
* * *Всякий разумный человек знает, что нельзя разгуливать зимой в одном платье! По пути в замок, когда меня посадили в повозку и укрыли тремя шкурами, я почувствовала себя плохо. Голова стала ватной, нос захлюпал, а грудь раздирал кашель.
Ну здравствуй, пневмония!
Старуха, которая называла меня внучкой, больше со мной не разговаривала.