Мимо нас с визгом пронеслась ребятня. Мои многочисленные племянники гоняли
мяч с детьми прислуги.
Это было так необычно для меня. Тут детей не делили по положению в обществе,
играли всей гурьбой. Поймав одну из своих дочерей близняшек за подол платья,
Ниори вытерла платком ей нос.
- До лета ещё далеко, милая, - сделала она замечание, - застёгивай плащ
плотнее, чтобы не простыть.
Кивнув, девчушка рванула к остальным, только косички в воздухе взвились.
- А учить вы их когда будете? - поинтересовалась я. - Ведь возраст уже.
- Какой там возраст, - отмахнулась подруга, - я в их годы ракушки собирала, да
бусики делала, чтобы на яблоки у торговцев обменять. У детей должно быть
детство. Подрастут, поумнеют, остепенятся, тогда уж усажу за книги, а пока пусть
носятся.
Согласно кивнув, я снова бросила взгляд на балкон. Эмбер всё ещё была там и
держалась за поясницу.
- Ниори, Сая бы позвать, - спохватилась я. - Эм мне что-то не нравится.
Привстав, я снова ощутила боль в спине. Закряхтев, схватилась за живот.
- Да, - протянула со знанием дела подруга. - у Сая сегодня будет сложный день.
Кажется, наша Крисс просится к мамочке и папочке.
Не успела я понять, о чём она, как Алеш уже летел со мной на руках к главному
крыльцу.
Рожаю, наконец, поняла и испугалась.
Следующие несколько часов оказались сплошным мучением. Нас с Эмбер уложили"
"в одну комнату. Сай не отходил ни на секунду, Каил и Алеш сидели под дверями, а
командовала всем происходящим моя нянечка.
Наверное, поэтому мне было спокойно.
Чётко выполняя все её указания, я глубоко дышала и думала только о хорошем, не
поддаваясь панике и стойко терпя боль.
Первые крики своей дочери, я, наверное, не забуду никогда.
Столько возмущения в них слышалось и беспомощности.
Через несколько минут родила и Эмбер: её сынишка всё больше молчал и с
любопытством разглядывал комнату и своего отца, который, завернув его в
пелёнки, уселся на пол рядом с кроватью жены и, кажется, шептал слова молитвы.
Скрипнула дверь, и в комнату вошёл бледный Каил.
простыни, валяющиеся на полу, он пошатнулся.
- Чего ты, сынок? - проворковала нянечка. - Хорошо всё с девочками твоими. Легко
всё прошло.
- Легко! - выдавил он из себя. - Ты о чём, старушка, да она кричала. Моя Амэлла
кричала, не переставая.
- Ну, а ты сам попробуй, роди, тоже молчать, как рыба, не будешь, - отмахнулась
нянечка. - Вот и дожила я до этого момента, - счастливо проговорила она и взяла
Крисс на руки.