С приоткрытых, пересохших от частого дыхания губ лились стоны, голова запрокинулась назад, кончики волос лежали на его джинсах и кровати. Мои пальцы вцепились в плечи Кирилла. Хотелось даже впиться ногтями в его кожу… Я разбилась, рассыпалась, растеклась.
Он пробрался ладонью под ткань леггинсов и белья, провёл пальцами по ягодицам и скользнул меж ними, попытался проникнуть внутрь меня…
Меня выдернуло из забытья, оборвав сладкий кайф. Я подскочила от ощущения такого интимного вторжения. Выпучила глаза на него, начала орать и бить его руками по груди и животу, словно безумная:
— Нет!! Не трогай!… Пусти!
Голос дрожал и срывался.
— Всё, всё… — поднял он вверх ладони. — Я не трогаю тебя.
— Не надо… Только не так, — бесцветным голосом говорила я, отступая к двери и натягивая обратно лямки топика. Из глаз брызнули слёзы.
Спиной врезалась в дверь и вздрогнула. Нащупала ручку двери, повернула и выскочила вон.
***
Кирилл.
Блин…
Запустил пальцы в волосы, пытаясь успокоиться. Да уж куда там теперь… Аж больно то того, что твориться теперь в джинсах. Поморщился.
Что ж она такая ханжа? Самая девственная девственница, которую я когда-либо знал. Я не планировал заходить так далеко сегодня, так и думал, что ничего мне тут светить не будет. Хотел просто поласкать её грудь, но не удержался и пошёл дальше. Ей понравилось, она мигом загорелась — Гуффи такая страстная и чувственная, я в ней не ошибся.
Планы полетели коту под хвост. Мои мозги настырно отрубаются рядом с Лизой. Как только рецепторы ощутили её вкус, крышу сорвало. Я действовал по наитию, сам был сплошной эмоцией. Увидел ответную реакцию, и Остапа понесло… Сегодня она впервые ответила на мой поцелуй.
Чёрт… Я сказал «любимую»?! Ну всё. Аут. Вот и начал звать её любимой, пусть и про себя.
Ей не нужна моя любовь. Она стонала от моих ласк, и всё равно в итоге оттолкнула, и вообще повела себя неожиданно и неадекватно даже чуток.
Думаете, после этого она мне разонравилась? Фига два, ещё больше одержим ей стал.
27
Лиза.
С каждым новым днём все сложнее смотреть ему в глаза.