Словно кипятком плеснуло в нее от этого взгляда.
Жар пополз к щекам, мгновенно залил ее всю. Они были вместе уже год. И каждый раз как в первый раз, с ним невозможно по-другому.
- Я... поняла, - пробормотала она, поворачиваясь к двери.
Вот теперь у нее точно подкашивались ноги и дрожали колени, однако Аня отработала все.
К четырнадцати тридцати явились партнеры. Двое, один мужчина лет сорока пяти, другой был старше, ему можно было дать около шестидесяти. Очевидно, гости были очень важны, потому что Батуров сам выходил встретить их.
- Кофе нам.
Она молча кивнула.
Обычно Анна присутствовала на переговорах, записывала, упорядочивала информацию и делала для него пометки. В этот раз все происходило за закрытыми дверями. Несколько раз Батуров вызывал ее, чтобы занесла те или иные документы. И еще она дважды варила гостям кофе.
Переговоры затянулись.
Рабочий день закончился больше часа назад, но Аня не уходила, пока все не будет завершено. Мало ли в какой-то момент могла понадобиться ее помощь. Но вот дверь кабинета открылась.
Аня сразу встала с места и застыла, прикидывая мысленно, какие теперь могут последовать вводные. В кабинете надо прибраться и проветрить, гости курили. И чашки кофейные помыть. Но это после.
Мужчины выходили по одному, Батуров следом. Прощались уже в приемной, он пожал руки обоим. Второй гость, который был старше, скользнул по ней колючим взглядом и что-то сказал Вадиму Евгеньевичу, перед тем как выйти.
Наконец оба вышли, дверь за ними закрылась. В приемной остались только они.
Батуров еще некоторое время стоял спиной, заложив руки в карманы. Густое давящее молчание и напряжение такое, что покалывало кожу. Аня решилась спросить:
- Вадим Евгеньевич, какие будет распоряжения?
Он медленно повернулся и тяжело взглянул на нее, а потом сказал:
- Собирайся, у тебя десять минут.
Она беззвучно выдохнула.
И да, она знала, что будет.
Будет секс.
Необузданный, жаркий.
И так было почти с первого дня, как она начала работать у Батурова. Можно было бы сказать, что он продавил ее. Но если бы все было так просто. Она сама хотела его до одури, а для него не существовало слова «нет». У нее не было шансов. А сейчас все уже зашло далеко и стало слишком серьезно."
"Сегодня он как будто превзошел себя, был особенно нетерпелив, напорист и горяч.