Изменила жена, умер близкий человек, выгнали с работы, разбил машину… Нормальный человек в стрессовой ситуации впадет в истерику, устроит скандал, побьет стекла, напьется, в конце концов, бывший же наркоман может потянуться к шприцу. А поскольку мелкие или крупные беды случаются с нами постоянно, то совместное существование с личностью, «соскочившей» с героина, напоминает сидение на бочке с порохом: бикфордов шнур временно погас, но он может начать тлеть, и тогда раздастся взрыв.
– Господи, – рыдала Катя, – согласна на все! Голая останусь! Только бы Степа одумался!
Нина Сергеевна вздохнула.
– Катюша, – ласково сказала она, – Андрей Михайлович пытается лечить несчастных, он делает им операции. Увы, пока выживает лишь тридцать процентов побывавших под скальпелем.
– И они навсегда бросают дурь? – с надеждой спросила Катя."
"– Да, – кивнула Нина Сергеевна, – вот тут стопроцентная гарантия, потому что, грубо говоря, уничтожается участок мозга, ведающий тягой к наркотикам.
– Согласна, – закричала Катя, – пусть режет прямо сейчас!
– Вам следует подумать хорошенько, – покачала головой Нина Сергеевна.
– Но тридцать-то живет нормально!
– Нет гарантии, что Степан попадет в число выживших.
– Пусть! Это последний шанс! – заорала Сонина. – Он и так умрет, а я хоть буду уверена, что сделала для сына все.
– Еще один нюанс, – замялась Нина Сергеевна.
– Говорите.
– Операция платная. Андрей Михайлович бескорыстный человек, он не берет гонорар, – вздохнула супруга хирурга, – но лекарства, наркоз стоят не копейки.
– У меня есть возможность достать любую сумму, – вскинулась Катя, – без проблем.
– Ладно, – сдалась Нина Сергеевна, – вам надо побеседовать с Андреем Михайловичем.
Ефимов соперировал сына соседки, вмешательство прошло неудачно. Степан, правда, не умер сразу, впал в кому, но Нина Сергеевна понимала: конец не за горами.
Вдруг, к огромному удивлению не только Ефимовой, но и самого хирурга, парень очнулся и начал спешно поправляться.
– Надо же, – удивлялись сотрудники клиники, – первый раз с подобной коллизией сталкиваемся!
Но, увы, чуда не случилось, Катя теперь живет с умственно отсталым человеком. Правда, первое время Сонина бодрилась и восклицала:
– Ничего, даже хорошо, что так вышло! Степочка никогда не притронется к шприцу. Я его реабилитирую, он снова станет адекватен.
Время шло, Степан не поправлялся, Катя начала пить.