Он сделал замечательную карьеру, которая могла быть еще лучше, если бы не патологическая любовь мужчины к бабам. Коммунисты не поощряли прелюбодеев, и жизнь Смолякова напоминала синусоиду. Он женился в двадцать лет на простой рабочей девушке Зине и живо полез в гору: сначала стал парторгом в своем цехе, затем секретарем парткома всего завода, потом ушел в обком, следом перевелся в Москву, естественно, с повышением. В столице Смоляков огляделся, понял, что Зина – серый лапоть, а вокруг столько розовых бутонов, и пустился в загул.
"Смоляков был упорен, хитер и удачлив. Через пять лет он снова оказался в столице, с другой женой, Олесей. И опять «загудел». Ситуация повторилась с точностью: теперь Олеся ринулась искать защиты у его начальства, Олега Сергеевича отправили в ссылку в одну из среднеазиатских республик.
В третий раз Олег Сергеевич женился на москвичке с немодным именем Марфа. Та была уже немолода, ей подкатывало к сорока. Марфа считала себя актрисой, хотя, если честно, таковой не являлась – она работала в жанре конферансье. Нынешним молодым людям это слово незнакомо, а те, кто постарше, хорошо помнят так называемые «сборные» концерты. Начинались они песней «Ленин жив» или «Партия – наш рулевой», потом выступала балетная пара, пианист, арфистка, ансамбль народного танца.
– Па-де-де из балета «Лебединое озеро».
Зал хлопал, конферансье уходила. Это и была работа Марфы. На современных раскованных, несущих дикие глупости и шутящих на сексуальные темы ведущих она походила, как тапка на таракана. Собственно говоря, для подобного «творчества» требовалось лишь два качества: громовой голос и хорошая фигура.
Марфа обладала и тем, и другим.