– Любое производство, которое создано и работает благодаря уму и трудолюбию женщины, должно ей и принадлежать!
– Но герцог, тут ты хватил лишку! Модные дома, всякие швейные мастерские, пекарни, прачечные и лавки трав – я понимаю. Это женская работа, да и трудятся там только женщины. Но при чём тут литейное дело, ювелирные мастерские?
– Ваше величество, – вкрадчиво произнёс Арман, – а если я вам докажу, что женщина может разбираться и в таких профессиях, вы внесёте их в перечень?
– Сначала докажи!
Арман выпрямился с торжествующей улыбкой.
– Вы покупаете станнум и украшения из него, верно?
– Верно. Лучшая сделка, какую я заключил, – довольно улыбнулся король. – Только не понимаю, какое отношение станнум имеет к нашему разговору?
– Самое прямое – этот металл, а также второй сплав – латунь, спрос на изделия из которого растёт с каждым днём, придумала моя супруга. А украшения отливаются и делаются по эскизам, которые рисует леди София.
– Что?! Но владелец мастерских и рудника – лир Верис! Я заключил с ним сделку!
–О чём и речь! Законы королевства не разрешают женщине покупать землю и производство, поэтому на роль владельца герцогине пришлось нанять верного человека.
– Герцог, я не могу в это поверить! Чтобы женщина.
– Это правда, ваше величество, – вмешалась леди Тереза. – Если вы позволите, могу показать вам некоторые картины. Обещаю, что не задену вашу память, только покажу, чем леди София занималась в течение предыдущих месяцев. Рассказывать долго, а так вы всё увидите собственными глазами.
– Ну, – король помялся, и решительно протянул руку, – давайте!
Герцогиня прикоснулась к пальцам короля.
– Закройте глаза, ваше величество, чтобы вас ничто не отвлекало.
Спустя полчаса она убрала свою руку, и Станн потрясённо выдохнул.
– Невероятно! Миледи, вы знали?!
– Разумеется. Иначе как бы я смогла записать то, что вам показала, – улыбнулась герцогиня. – Я очень горжусь моей невесткой и присоединяюсь к просьбе сына – пусть таких, как наша София, больше нет, это не значит, что они не появятся в будущем.