— Что ж, каждый человек сам звездец своему счастью, — сказал слушавший нас Микроб.
— Вот только шо русскому счастье — немцу смерть, — перефразировал Гребко известное выражение.
Матвеич развил его мысль:
— Я бы сказал, что Колесу счастье, то Гребко смерть. Наш тренер сам разберется, как ему лучше.
И понятно, что да, взрослый мужик, сам разберется, но я желал Димидко искренних отношений. Да и Клыков не простит его и уйдет из команды. И не только «Титан» потеряет талантливого игрока, но и я — друга.
— Короче, мужики, — сказал я. — Завтра в семь жду вас в «Че». И не только вас, а всех наших.
— Опять безалкогольная вечеринка, — вздохнул Колесо и зевнул.
— Хорошо. Скажу так: явка необязательна.
— Можно с подругами? — поинтересовался кореец.
— Если говоришь во множественном числе, значит, с двумя? — уточнил Матвеич. — Или с тремя?
— Могу на всех взять девчонок, — подмигнул он и снова зевнул. — Ладно. Давайте спать. Увидимся завтра на тренировке.
Мужики отправились к себе в квартиру, а мне подумалось, что было бы неплохо иметь в штате психолога, чтобы мозги нуждающимся вправлял. Хотя мужики не пошли бы. Обратиться за помощью — признать свою слабость.
Посидев немного с парнями, я принял душ и завалился спать.
Засыпая, больше всего я опасался, что Димидко начнет опаздывать на тренировки, или завтра случится какая оказия. Но он в раздевалке был раньше нас, правда, выглядел подавленным, хоть и бодрился изо всех сил, и даже улыбаться пытался. Я сосредоточился на его желаниях и понял, что он больше всего хочет, чтобы все это закончилось. Все равно как, лишь бы как-то само.
Я додумал: чтобы пришла Оксана с автоматом и заставила Тамару отстать. Или чтобы явился черный властелин и увел Тамару под венец. Вод ведь как! Часто так бывает, что даже те, кто вершит судьбу страны, не в силах разобраться со своими женщинами, а тут — простой тренер.
Ситуация, разрешись как-нибудь сама! У меня лапки, я в домике и не готов брать ответственность."
"Вчера мы немного поговорили с Санычем по телефону.