— Значит, отыгрываем двусторонки, учитывая манеру игры противника, — сказал Саныч уже бодрее. — За неделю технику подтянуть не успеем, а вот уверенность — вполне.
— Весь мир на нас будет смотреть! — не сдержал восторга Погосян. — Вы только представьте!
— Насколько я знаю, к нам приехали только журналисты из Англии, и то те, кого рекомендовали в нашем посольстве. Вся информация пойдет через них.
— Так они продадут материал, — сказал Гребко. — Буржуи даже такое продают! И все равно весь мир увидит.
— Хватит трепаться! — повысил голос Димидко.
— Выиграем — от радости напьемся, — пошутил Микроб. — Проиграем — с горя.
— А если ничья? — смешным детским голосом спросил Гусак.
Его реплика прозвучала неожиданно, и все покатились со смеху.
— Ничья приравнивается к победе, — провозгласил Димидко, и мы побежали на поле.
Получились у нас сборы в Ялте — как мы и хотели. И даже в море я искупался. А как же кайфово было бегать по стадиону, глядя н горные вершины! Эх, почему я не появился здесь? Хоть в «Рубин» местный переходи!
После тренировки мы всем составом поужинали, затем разбрелись, и меня перехватил Тирликас, кивнул в сторону лифта.
— Я уже говорил, что агент, который тебя завербовал и с которой у тебя была связь, та девушка, есть в списках.
— Думаю, никто из их агентуры на меня не выйдет. А если выйдет, то не сейчас. Они ж не идиоты, понимают, что сейчас слишком опасно.
— Тоже так думаю, — кивнул Тирликас. — Я к тому, чтобы ты был начеку и не спускал с нее глаз. Если она приехала передать или получить информацию, нам нужно знать, от кого или кому.
Видимо, меня слегка перекосило, и он сам себе ответил:
— Вижу — не хочется. А надо. Это как в боксе: хорошо, когда тебя недооценивают. И не делай лицо, словно под тебя бабу Ягу подкладывают. Нащупаем лидеров заговора — может, и смерти одаренных прекратятся.