Тяжко нам будет без поддержки наших фанатов, но ничего, прорвемся!
Да, ездить муторно, но ведь сложно найти такую работу, которая приносит удовольствие. Потому в футболе деньги — вторичное, главное — адреналин! После победы, как пьяный. Чистый кайф! И нестрашно, если для этого надо преодолеть тысячу километров.
Микроб с нами не поехал. Публичное побивание болельщика мячом — серьезный проступок, который рассматривался Комитетом по этике. Если бы не грядущий товарищеский матч с «Кардиффом», ему грозила бы длительная дисквалификация, а так мы надеялись, что нашего крайка просто пожурят и обойдется без отстранения от игр.
Абовян — город маленький, рассказывали нам сопровождающие, семьдесят тысяч населения, но очень гордый. И команда-соперник у нас, говорили они, гордая и яркая.
И вот мы выстроились на поле."
"Форма у них была будто бы в противоцвет нашей. Красно-бело-синие смуглые ребята белозубо улыбались и гортанно здоровались, их голоса заглушало многоголосье на трибунах.
Позвучал свисток, и наши сразу начали давить. И давили до последнего свистка. Бывают такие игры, когда каждое движение в кайф и когда все получается. Ну, или почти все.
Вот тут так и выходило. Забеги наших краёв не встречали сопротивления. Пасы находили адресата. Мяч четко доходил до штрафной площади, а там вяз в частоколе ног защитников.
Удар! Еще! Добивать! А некому…
И снова средняя зона на подборе, потом раскидывает налево-направо…
Но вот получилось что-то с вертикальным пасом.
0:1!
Свисток утонул в недовольном реве. Мика развернулся к трибунам и развел руки — извините, мол, земляки — а сам в лица всматривается, отца выискивает. Мне самому стало интересно, пришел он на сына посмотреть или нет? Или уперся рогом и втихаря смотрит игру по телеку? Что он вообще равнодушен к успеху чада, я очень сомневаюсь.
Мяч в центр. Розыгрыш.
И снова наш отбор, и снова мяч полетел направо, Жеке, он рванул вперед и оттуда — навес на дальнюю штангу… Вратарь снял с головы, не дал забить.
Стало понятно, что забивать армянам можно, а уж сзади я поддержу, подкреплю.
Наши академически распасовывали, а когда хозяева поля кидались в прессинг, спокойно передавали мяч мне почти через все поле. Ну а я — опять налево-направо-вперед.