Причем вместе с ним подпрыгивала и тележка. И также сидящий в ней конюх или скотник. Он, бедолага, уже даже не орал. Он просто судорожно вцепился в вожжи, выпучив глаза и ряззявив рот в безмолвном крике. Видимо, нечасто ему приходилось заниматься выездкой козлов. Зря, кстати, это упущение, мало ли что может в жизни приключиться.
При этом тележка при каждом прыжке грохотала, звенела и гремела всеми составляющими. За ней бежали очень быстрой рысью то ли два, то ли три работника. Точно не скажу, у меня в голове мутилось от мельтешения и звона.
-Застоялся мой Козлик за поездку! А мистер Тяф поиграть просто хочет, он любит, когда кто-то бегает с ним!
Наконец, Козел с тележкой и незадачливым ездоком доскакали до крыльца и остановились. Несчастный возница, бросив поводья, просто выпал плашмя на землю у крыльца и заплакал.
- Простите, лорд Эндрю, я ведь всего раз и отпихнул эту скотину, когда он в кормушку лез, а я как раз сено свежее раскладывал. А он, ишь, какая подлость рогатая, злопамятный такой! Я даже понять не успел, как он энтой тележкой мне под колени дал, я повалился внутрь. Хорошо хоть за вожжи уцепился. И ведь, гадость какая, пока два круга по двору не дал, не поскакал сюда. Простите меня, я больше так не буду!
Ну, сам виноват.
- А ведь я вчера тебя предупреждал! Предупреждал??! Вот и получай.
Леди Филиппа, спускаясь по ступеням, заметила:
- Выдрать бы тебя, голубчик, на конюшне, да ты сам себя уже наказал.
Наконец, до нас добежали и бегуны, при посильной помощи песеля. Добежав, они просто упали на землю. Причем оба были вооружены каким-то дрекольем, но явно им не воспользовались.
Догнавший их Тяф гордо поставил на одного из них переднюю лапу, зато на второго задрал заднюю лапу...