– Лика не стала спорить, поднялась на носочки и легко чмокнула его в щеку.
– Хорошо, я скоро спущусь.
Проводив Лику взглядом, Кир достал из кармана телефон, но никак не мог заставить себя набрать номер. Не хотелось расстраивать девочку, но и заставлять ждать тоже неправильно. Несколько раз глубоко вздохнув, он все же нажал дозвон.
Протяжные гудки неприятно били по перепонкам, заставляя сильнее сжимать телефон.
– Алло, – наконец раздалось в динамике. От ее мелодичного голоса у Кирилла внутри все задрожало, и потребовалась вся выдержка, чтобы справиться с ней.
– Надя, это Кирилл, – не дрогнул он.
– Да, здравствуйте, – не видел, но интуитивно чувствовал, что она улыбается. Живо представил себе эту картинку и сжал кулак так, что побелели костяшки."
"– Я обещал приехать к ужину, – хрипло начал Кир и нервно сглотнул. – Но не получается…
– Почему? – спросила так просто и по-детски наивно, что он растерялся.
– Дела… важные… – сочинял на ходу более-менее правдоподобную версию для нее. – Не жди меня, поужинай сама.
– Хорошо…
Ее расстроенный голос резанул по нервам. Кирилл без труда догадался, что стал причиной ее грусти, но не поддался на собственную провокацию. Сбросил звонок и прикрыл глаза, чтобы попытаться поймать внутреннее равновесие и стабильность.
Совесть безжалостно грызла, но Кир был непреклонен. С глаз долой… ни к чему хорошему это все не приведет. Все. Баста. Решительно захлопнул ноутбук, выключил свет и направился к Лике. Она его женщина, и с ней он будет проводить все свое время.
Глава 8
Ресторан был выбран Ликой не случайно, и Кирилл это понял сразу, как только они туда пришли. Приглушенный свет, тихая музыка, ласкающая слух, отблески свечей на белоснежной скатерти. Все было призвано для того, чтобы проникнуться таинственной атмосферой и настроиться на романтический лад, но у него явно не получалось.
Еда довольно вкусно пахла, но не вызывала у Кира аппетита. Вяло ковыряясь вилкой в салате, он краем уха слушал бесконечную болтовню жены, но не слышал ровным счетом ничего.
Сам того не замечая, он начал сжимать вилку, пока та не согнулась пополам.