Отбитая. Том 2

— Какие выводы сделала?

— Не всё то, что выглядит, как мужчина, им на самом деле является, это первое. — начала загибать пальцы на руке Катя. — Если тебе есть за, что бороться, и правда на твоей стороне, внутренние ресурсы твои почти безграничны. Мною управляла слепая ярость тогда, я научилась её контролировать. Когда твоя голова холодна и ты готов идти до конца, у твоего соперника нет шансов. Люди чувствуют силу и всегда ей подчиняются — животный инстинкт. Даже крупные животные вроде медведей обходят медоедов стороной.

— В чём была его вина? — продолжал допрос Сергей.

— Он обидел мою подругу. Мерзкая история, она боялась ходить в школу, над ней смеялись. Надо мной никогда не смели ни смеяться, ни издеваться. За моей спиной были четверо старших братьев и четверо младших в довесок, ещё злее, а ещё два моих друга, всегда рядом. У неё никого. В тот день я доказала всем и самой себе, что я и сама справлюсь с обидчиками, меня лучше не трогать, и тех кто рядом со мной тоже.

— Зачем вышла замуж в восемнадцать лет? Старалась быть как все?

— Хотела замуж за хорошего мальчика, чтобы быть хорошей девочкой, — усмехнулась Катя.

 — Ну и залетела в 18 лет, как уж без этого, пришлось в белое платье втиснуться.

— Я давно хотел тебе сказать, что мне очень жаль, что тебе пришлось такое пережить, — тихо сказал отец своей дочери.

— О, спасибочки, ты такой заботливый, папуль!

Катя приложила к груди руку и состроила саркастичную гримасу умиления в сторону Сергея.

— Мне твоя жалость на хер не сдалась, впрочем, как и ты! Ты ничего обо мне не знаешь! — она пригнулась к столу поближе к Сергею.

 — Вали к чертям из моей жизни, тебе в ней места нет, как я тебе и сказала, почему ты меня не услышал? Этот тоже меня, видимо, не услышал, всё любовью свои поступки прикрывает! И я ею прикрывалась, когда смотрела на него влюблёнными глазами, не замечая, что он в это время сдавливал мне горло! И среди всех моих родных и близких только один человек пытался открыть мне глаза. Папа. Мой настоящий папа. Только он один меня спрашивал: «Ты счастлива, доченька? Ты живёшь, как хочешь или хочешь по-другому?». Он один меня спрашивал и хотел услышать, что я скажу, а мой муж решал всё за меня. Старательно, любящими руками, вылепливал из меня такую же как и все. А тебе что от меня нужно? Натравливать меня будешь на своих врагов, как собаку бешеную? Злости и жестокости во мне немеряно!

Сергей сдвинул брови, глядя на Катю, которая тяжело дыша смотрела на него.