Одна только её мать нисколько Вадима не удивила. Да, матери могу быть такими — не любить своих детей. Карину не любили при жизни, ни после смерти, детская травма заставляла искать её любовь у всех остальных.
И самое главное, что Вадим для себя понял, что у него есть сомнения, что она психически уравновешена, как утверждала Катя отцу. А вот то, что она умна, это без всяких сомнений и ум её работает строго в одну сторону — лучшая жизнь для себя и тех, кто ей дорог. Вадим в эту могучую Катькину кучку не входил, зацепился вагоном за компанию с близнецами, от которых она избавилась также, как и от него широким жестом широкой души- передав свои доли.
Телефон в его руке завибрировал входящим звонком от Павлика.
* * *— Бро, я тут решил Купидоном поработать, — почесал голову Павлик, признаваясь брату во грехе.
— В смысле?
— Мы сегодня с Катей в нашем ресторане обедаем, я туда, в общем, Вадима позвал, — вздохнул Павел, пряча виноватые глаза.
— Зачем? — закатил глаза Макс. — Он её перед нами с дерьмом, считай, смешал: «Катя — предательница», «Катя — воровка», а ты его с нами пообедать позвал?!
— Мне кажется, им надо поговорить.
— Да пошёл он! Она ему, видите ли, какая-то не такая! Катя клёвая, ему до неё расти и расти! Он ей не нужен!
— Ну, это им решать. Короче, не знаю, что получится, но когда мы обедать придём, нам надо как-то тактично смыться, понял?
— Нет, не понял!
Братья ещё долго спорили, один был за Катю, другой за Вадима, в итоге временный Купидон победил.
* * *Вадиму понадобилось несколько секунд, чтобы оценить ситуацию, которую он увидел, паркуясь у своего ресторана — предкритическая. Встреча двух заклятых врагов.
Женщина средних лет, в которой он узнал Юлю, хамовато осматривала Катерину с ног до головы.