Потом тело практически до коленей — дальше смазанная граница, практически касающаяся нижних лазеров. В голограмме легко узнавался страж. Те же формы, та же костяная структура брони — только голова больше. Лоб шире, а затылок длиннее.
Я тут же выстрелил из крафткомпакта, но пуля лишь всколыхнула голограмму и сгорела, попав в лазерный луч на стене. Я активировал направленный энергетический удар в сторону «призрака». Смял его, как пластилинового, но и все. Через мгновение голограмма вернулась в свое первоначальное состояние.
Хомяк дернулся, рыча и пытаясь вырваться. Но я не пустил — даже не добежит.
— Алекс, — едва слышно прошептала Татьяна, — я больше не могу. Я не могу проявить его сильнее…
— Хотя бы удержи, есть идея. И смотри, есть ли у него какой-то источник. Ищи!
Я почувствовал тепло за спиной и услышал едва заметное шипение — сразу несколько лучей подобрались ко мне вплотную. Я и раньше не сутулился, но сейчас чуть ли не выгнулся в обратную сторону, балансируя на краю панели.
Последний шанс! Сука, кто к нам с голограммой придет, от голограммы и погибнет.
Я активировал двойника. По старой уже проверенной схеме проявил его за спиной у противника и замахнулся призрачным клинком в огромный затылок. И еще нового добавил — приготовил сразу три охотничьих метки. На случай, если голограмма скроется к источнику, а метки, поставленные двойником, смогут провзаимодействовать.
— Таня, выброси энергию! Разом, всю, сейчас! — прохрипел я, чувствуя боль от лазера, зарапнувшего броню на плече.
Перед глазами вспыхнул энергетический взрыв. Может, перед визором, может, в реальности — все перемешалось в одну «кашу»: система Ориджа, подсознание, голограмма стража. Трехслойная реальность какая-то или, наоборот, сплошные обманки для реальности.
Контроль остался только над двойником. В момент, когда ударила Татьяна, ударил и он.
Свет в зале погас, остался только багровый отсвет лазерных лучей. Голову голограммы разнесло на тысячи разноцветных пикселей, а остатки туловища перекосило и заклинило в движении.