А она так устала, что ей уже было пофиг, кто там шастает по квартире, с ее разрешения или без оного, – Алисе нестерпимо хотелось, чтобы все как можно скорее ушли, оставив ее в покое, и она смогла наконец расслабиться и отдохнуть, насколько это возможно после столь насыщенного событиями дня и такого стресса.
Блин, с «отдохнуть», наверное, так быстро, как хотелось бы, не сложится – лужу эту ужасную никто мыть-удалять не собирается, не оставлять же ее на пороге. Вот ведь засада! Ей же это придется отмывать, сообразила вдруг Алиса! Надо найти дворника или кто там моет их подъезд, может, помогут…
– Что? – переспросила она следователя, задавшего очередной вопрос, зацепивший Алису чем-то настолько, что прервал ход ее невеселых размышлений.
– Я спросил: вы прилетели четыре часа назад и вполне могли оказаться дома в то время, когда произошло убийство, – чуть не по слогам повторил свой вопрос, больше похожий на утверждение, следователь."
"На сей раз не какой-то там въедливый старлей, а настоящий следователь из Следственного комитета, кажется, даже майор – он был в штатском, но представился по всем правилам при встрече, и Алиса что-то запомнила, фамилию его точно, потому что она была необычная: Гринец.
Вот этот самый Гринец и задал ей вопрос, с каким-то отчетливо слышимым намеком в тоне.
– А вы точно знаете, когда оно произошло? – уточнила Алиса и, не дождавшись ответа, подтвердила: – Теоретически могла, если время смерти этого человека три, три с половиной часа назад. Но из аэропорта мы с коллегами заехали в кафе, где поужинали вместе.
– Да, говорили, – подтвердил следователь. – Только это кафе находится в трехстах метрах от вашего дома, и вы вполне могли отлучиться на несколько минут и успеть…
– Что? – перебила его Алиса, усмехнувшись. – Что успеть? Пробежаться до дома, быстренько укокошить неизвестного мне человека у дверей собственной квартиры, вернуться бегом назад и тихо-мирно продолжить дальнейшее общение с коллегами?
– Всякое бывает, – уклончиво заметил майор и пояснил: – Достаточно часто преступниками бывают именно те, кто первым сообщил об убийстве.
Алиса вспомнила вдруг, как зовут следователя: Петр Федорович, вот как! Чем и не преминула воспользоваться.
– Счастлива вас разочаровать, Петр Федорович, но из-за стола я не отлучалась даже в туалет, что подтвердят мои коллеги.
– Проверим, – пообещал следователь.
И протянул ей протокол опроса, указав:
– Вот здесь и здесь напишите: «С моих слов записано верно» – и распишитесь.