В ладонях отца лежала идеально ровная стопка белой бумаги с дюйм толщиной."
"– Вот мои труды, – просто сказал он. – Книга для тебя, дочь моя.
***
Внизу, на первом этаже безопасного Тюдоровского особняка, Рив стоял у окна в гостиной, смотрел на газон и ждал. Облака рассеялись, неполная луна висела в по-зимнему ярком небе. В затекшей руке он держал свой новый сотовый, крышку которого только что закрыл с проклятьями.
Он не мог поверить, что на верхнем этаже его мать лежит на смертном одре, и что в этот самый момент его сестра и ее хеллрен спешат сюда, стараясь опередить восход солнца.
Еще один убитый наркодиллер. То есть всего три за последние двадцать четыре часа.
Хекс говорила коротко и по существу, в своей манере. В отличие от Рикки Мартинеса и Айзека Раша, чьи тела обнаружили вниз по реке, этот парень был найден в своей машине на парковке торгового центра, с пулей в затылке. Это означало, что автомобиль туда пригнали уже вместе с телом: нет таких идиотов, кто стал бы стрелять в ублюдка в месте, которое, несомненно, было под прицелом камер безопасности.
Но здесь возникала проблема, которая и была причиной его ругани.
Все трое закупались у него последние пару ночей.
Вот почему Хекс позвонила ему, несмотря на то, что он был у матери. Наркобизнес не то чтобы слабо контролировался, он не контролировался вообще, и то статическое равновесие, что было достигнуто в Колдвелле таким образом, что он и его высокопоставленные коллеги-брокеры могли зарабатывать деньги, было вещью очень деликатной.
Как у крупного игрока, у него были поставщики среди наркоторговцев Майами, импортеры Нью-Йоркской гавани, на него работали подпольные метаноловые лаборатории Коннектикута и тайные изготовители зелья в Род-Айленде. Все они были бизнесменами, как и он, и большей частью независимыми, то есть, не связанными ни с кем здесь, в Штатах.