Так как особенно вычурной одежды у меня с собой не было, я просто накинула на плечи свой плащ, распустила волосы, нацепила на пояс позвякивающий мешочек с частью оставшихся денег и сделала идеальную осанку. Как говорится, не одежда красит человека, а человек одежду. Даже в тряпье можно выглядеть королевой.
Вышла из своей спальни уже в сумерках с ощущением вершителя судеб. Кстати, хорошее ощущение, полная уверенность в своей силе. Но не потому, что я считаю себя особенной, вовсе нет. А потому что верю: за мной правда и Бог!
Начать я решила с самого слабого звена в нынешней противоборческой коалиции — со старика Жуна.
Найти его не составило труда — он как раз громко ругался в том самом сарае, куда я сплавила весь кухонный мусор. Кажется, жена вынудила вернуть старую посуду обратно, и он очень витиевато поминал меня нелестными словами.
— Добрый вечер! — произнесла громко, став у него за спиной. Жун аж подскочил и, хватаясь за сердце, обернулся ко мне. Надо было видеть его лицо! Старик побледнел, как сама смерть, дышал рвано, испуганно, словно я была полицейским, заставшим вора на месте преступления.
— Итак, вы здесь… — начала я высокомерным тоном, поглядывая на старика свысока. — Игнорируете мои решения, злословите меня за спиной, загадили всё поместье, превратив его в свинарник…
Похоже, мой упрек задел Жуна за живое, потому что он вдруг обижено выпятил нижнюю губу, расправил полечи, отчего его живот стал казаться еще больше, и раздраженно произнес:
— Чего ты прицепилась к нам, как репьях к собачьему хвосту??? Коли прислали сюда, так делай своё маленькое дело и не мешай честным людям делать своё! А будешь и дальше вмешиваться в нашу жизнь, управу на тебя мы всё равно найдем!!!
Это была неплохая попытка задавить меня очередной угрозой.
Ухмыльнулась, намеренно звякнув деньгами в мешочке, отчего на лице Жуна появилось удивленное выражение.
— Боюсь, всё не так просто! — начала я, переплетая руки на груди. — Я-то как раз занята СВОИМ делом, а вы всячески препятствуете его выполнению. Я не просто так отметила, что вы превратили богатое поместье в вонючую дыру: это ведь не ваша собственность! Какое вы имеете право настолько портить его???"
"На последней фразе мой тон наполнился гневными нотками.