— А у тебя хватит денег и на проезд, и на ночевку? Хоть ты и великий и могучий, но деньги-то наколдовать нельзя, это все знают.
Нэйт прикинул, сколько у него есть.
— Хватит пока. Вот заплатишь мне потом, как раз пополню свои запасы.
Он на самом деле планировал взять с этого парня кругленькую сумму. Не хватало еще, чтобы тот потом рассказывал, что есть сильный маг, готовый помочь всем и каждому по доброте душевной. Тогда отбоя от желающих проехаться за чужой счет не будет.
А позволять собой пользоваться Нэйт не собирался.
* * *На постоялом дворе, где Нэйт останавливался пару раз прежде, не нашлось мест.
Хозяин принес тысячу извинений, пояснил, что как раз сейчас в Лагоше проходит ежегодная неделя Большой ярмарки, и город полон гостей, а заодно посоветовал заведение одной своей знакомой, где, кажется, еще оставалось несколько комнат.
— Ты его чем-то обидел? — хохотнул Фин, увидев, что за альтернативу им предложили.
Перекошенные ворота, облезшие стены, хлюпающая под ногами грязь во дворе, прогнившие доски крыльца.
— Нет, — ответил Нэйт, оценивая место и прикидывая, сколько щитов нужно будет поставить, если остаться тут на ночь. — Он искренне хотел помочь. В прошлый раз я вылечил его дочь."
"— Значит, ты все-таки читаешь людей, с которыми говоришь, — напрягся Финистер.
Нэйтан бросил на него укоризненный взгляд.
— Я же сказал, что не читаю тебя, значит, не читаю. А если бы я послушал того мужика и пошел, как баран на убой, куда велено, я был бы идиотом.
Лицо Фина просветлело. Ему было крайне некомфортно при мысли, что человек, находящийся рядом, может преспокойно копаться в его голове, когда ему вздумается.
— Кроме того, — решил успокоить Нэйт, — на расстоянии и незаметно я могу считывать лишь поверхностные мысли и эмоции. Так что не бойся.
— Я не боюсь, — огрызнулся тот. — Но ты обещал без моего ведома меня не читать.
Нэйтан пожал плечами.
— Обещал, значит, не буду.
После чего отвернулся и постучал в дверь.
* * *Свободная комната оказалась всего одна, еще и с единственной узкой койкой, которую благодаря богатой фантазии хозяйки именовали кроватью.
Здесь было грязно и пахло сыростью, а еще комната явно не стоила отданных за нее денег.
— Знаешь, если бы я только что не провел три дня в тюрьме на гнилой соломе, я бы бежал отсюда с ужасом, — высказался Фин.
Нэйтану приходилось жить в разных условиях, особенно по юности, поэтому постоялый двор мало чем его удивил.