Лучше признаться, что обладаешь куда большей силой, чем кажется на первый взгляд, чем сообщить, что убил четырех представителей закона, а твоя возлюбленная развеяла их пепел по ветру.
— Опередили инквизиторов и переместились с бездарным? — нахмурился лорд Патриэль еще сильнее.
— С неодаренным, — стрельнул на него глазами Жорес.
Нэйт был с ним солидарен, название «бездарный», как правило, люди, лишенные магических способностей, воспринимали как оскорбление.
— Без разницы, — отрезал Финистер. — Он, — взмах руки в сторону сына, — хочет, чтобы я поверил в вину своего будущего короля, основываясь только на словах незнакомца, который явился в мой дом и нагло врет, глядя мне прямо в глаза.
— Я говорил о возможной вине Верна! — немедленно возопило обостренное чувство справедливости в Эрике. — Я хочу добиться правды.
Его отец поморщился, будто над его ухом прожужжал надоедливый комар, и по-прежнему пытался прожечь в Нэйте взглядом дыру.
— Хорошо, — Нэйтан кивнул, принимая упрек. Характер у батюшки Эрика ему не нравился, но то, что он умен и логичен в своих выводах, не признать не мог.
Но хватило и этого.
— Ого, — присвистнул Жорес, хотя Нэйт открылся на две трети того, чем владел на самом деле. — Давненько не видел ничего подобного.
— Чего? — не понимал не владеющий магией Эрик, но его вопрос был всеми проигнорирован.
— И я, — признался лорд Патриэль. — Сильный дар. Удивительный. И умение его так хорошо скрывать не менее удивительно. — Но смягчиться и не подумал. — Что влечет за собой следующий вопрос: что еще может скрывать человек, способный на такое?
— Отец, — вскинулся Эрик, — я ручаюсь за него!
— Ты ничего не смыслишь в магии и не видишь и десятой части того, что видим мы, — припечатал его отец, потом вновь обратился к Нэйту: — А что будет, если я прямо сейчас решу сдать вас властям по обвинению в измене и клевете на его высочество?
Нэйтан спокойно выдержал сверлящий взгляд.
— Уйду.
— Дом опутан защитными заклятиями на выход без моего позволения.
— Так же, как и на вход, — напомнил Нэйт. — Заклятия неплохие, но ломаются на раз-два.
— Их ставил лучший столичный мастер, — вставил Жорес.
— В таком случае, худший, наверно, умеет разве что мастерить кораблики из бумаги, — искренне высказался Нэйтан.