Три комнаты: гостиная, спальня и кабинет. Плюс, разумеется, ванная комната. Стены везде нейтрального бежевого цвета, золотистые шторы на окнах, мягкая мебель в тон стен, в каждой комнате по вазе со свежими цветами, что, безусловно, являлось роскошью среди зимы. Дорого и безлико. Оставаться здесь надолго не хотелось определенно.
После полубессонной ночи и завтрака, доставленного ей молчаливой служанкой на блестящем подносе, Катрина почувствовала себя затворницей. Вчерашний день прошел стремительно, а сейчас, казалось, время замедлилось.
Чтобы хоть как-то привести мысли в порядок, Катрина прошла в кабинет и принялась писать свое первое письмо для Джошуа. Раньше в поездках она всегда использовала любое попавшееся под руку зеркало, чтобы установить связь и сообщить жениху, что все в порядке, добралась и остановилась на новом месте без происшествий. За неимением возможности использовать магию пришлось прибегать к бумаге и перу.
Писала Катрина коротко, будучи уверенной, что любая ее корреспонденция будет вскрыта и прочитана в целях безопасности. А потому написала лишь, что добралась, ей поручили важное дело, разглашать не имеет права, скорее всего, задержится на несколько дней. Даже не стала запечатывать конверт, чтобы не заставлять королевскую службу безопасности выполнять лишнюю работу, и так и отдала прибежавшей по первому зову служанке.
Знай Джошуа правду, наверняка счел бы ее сумасшедшей и настаивал бы на немедленном возвращении. Он вообще не испытывал восторга от того, что его невеста работает. В чем-то он был прав: Катрины часто не бывало дома по несколько месяцев. Но ведь Джошуа сам обладатель неслабого дара, кому, как не ему, понимать, что она нуждается в использовании своих способностей и самореализации?
«Ох уж эти мужчины», — всегда вздыхала мама и авторитетно советовала не спорить. Она тоже не поощряла работу дочери, говорила, что в ее возрасте надлежит уже давно быть замужем и растить пару-тройку ребятишек.
"Вспомнив о матери, Катрина написала весточку и ей. Служанка приняла второе письмо с милой улыбкой, но с внутренним недовольством, что гостья не могла отдать оба конверта за один раз.