Я тогда и понятия не имел, что буду дежурить ночью под этими окнами в ожидании, когда мне позволят, наконец-то, войти.
Но, вот он я.
Жду и помалкиваю.
Конечно, я бы хотел, чтобы Настя осталась в моём доме, но я не стал давить. Не сегодня. Сегодня она, итак, устала. Я видел, что устала. Именно поэтому воспользовался моментом и прогнул её в вопросе наших дальнейших взаимоотношений. Прогнул, сведя к минимуму претензии и обиды, которые заслужил, потому что знал – спорить у неё нет сил.
Я скотина?
Разве я когда-то отрицал?
Жизнь – это абордаж и зоология, а удача благоволит храбрым.
Потираю языком припухшую нижнюю губу и улыбаюсь.
Всё-таки, я ненормальный.
Из всего многообразия доступных мне женщин выбрал самый спорный вариант. Но, мне другого теперь не надо. Только она, моя бешаная гарпия. Не удивлюсь, если в один прекрасный день Настя приставит мне нож к горлу. Шутка. Такого никогда не случится, потому что Моя Малышка, кажется, в меня втюрилась.
Это так очевидно."
"То, как она смотрит на меня.
Особенно, когда смотрит.
Не так, как раньше. Теперь в её взгляде есть что-то ещё. Потаённое. Чисто женское. Закрытое для меня. Это тревожит и волнует что-то внутри. Мои чувства. Мои инстинкты.
Мои мысли.
Наверное, я должен был сегодня свалить и дать ей отдохнуть. Но, не могу. Она нужна мне, иначе стал бы я сидеть под её дверью как цепной пёс?
Внезапно, над крыльцом дома вспыхивает тусклая лампочка.
Очень, блин, символично.
Глушу мотор и выхожу из машины.
Взбегаю по ступенькам крыльца, и дверь тут же распахивается.
Стройные ножки на цыпочках, свободная футболка, съехавшая с одного плеча, разбросанные по плечам смоляные пряди.
Ради такого стоило два часа просидеть в машине. Хочу заслонить её ото всех. Не хочу, чтобы кто-то ещё видел её такой.
Секунду смотрим друг другу в глаза, будто проверяя, в силе ли наш уговор. Та часть, где Настя моя, а я её.
Делаю шаг вперёд, и она повисает на моей шее, уткнувшись в неё носом. Вдыхает меня. Она так всегда делает, как только доберётся до моей шеи.
Обнимаю её всю, прикрывая глаза.
Какой же кайф.
Восхитительные мягкости вжимаются в моё тело.
В такие моменты понимаешь, зачем женщины вообще существуют на свете.