Опускаться до того, чтобы надевать пальто на белье я не стала и выбрала любимое кашемировое платье, довольно элегантное, но и уютное, подчеркивающее мою женственность.
Как будто на свидание собираюсь, хотя… Будем считать, что это такое стремительное свидание.
Спустившись, вижу Гордеева, курящего возле машины у дверцы водителя.
Что? Неужели мы без дуэньи? Где же Коля? Как он отпустил Ящера без своего пригляда?
– Хорошо выглядишь, – делает мне комплимент Гордеев, открывая пассажирскую дверь передо мной. Он разглядывает меня так, словно рентгеновским зрением пытается под мягким кашемиром разглядеть тот разврат, который он мне прислал.
Ящер не особо разговорчив.
Когда я усаживаюсь в салон, перед тем, как захлопнуть дверь, он рукой проводит по ноге, заныривая под платье, добирается пальцами до резинки чулка, поглаживает кожу над ним, глядя мне в глаза. Гордеев длинно выдыхает, но выше руку не поднимает. Завершив проверку, он отправляется на водительское место, а я сижу, вцепившись в сумочку на коленях, в которой лежит пробка, и мысленно ругаю себя за слабость, потому что стоило грубоватым подушечкам добраться до нежной кожи, как у меня увлажняется киска.
Опустившийся рядом Ящер обдает меня своим парфюмом, и я отчетливо вспоминаю, как пахнет его разгоряченное во время секса тело.
Впервые в жизни я понимаю, что означает фраза «тело ее предало». Это когда мозг скептически и даже с опаской относится к тому, чем мы будем с Гордеевым заниматься, а чем конкретно, сомнений быть не может, и в то же время тело уже на все готово.
Правда, я немного теряюсь, когда Ящер выруливает не на дорогу в сторону из города, по которой он меня сегодня привез домой, а поворачивает на магистраль к центру.
– А мы куда? – робко спрашиваю я.
Если это будет какая-то гостиница, мне будет неприятно. На мне сейчас, конечно, есть условный ценник «она дает ему за решение проблем», но вот так в гостинице, как клиент с проституткой или как женатик с любовницей… Мерзко совсем.
– В ресторан, – шокирует меня Гордеев, и я радуюсь, что идею с пальто на голое тело я отбросила.
Молчу, не зная, что сказать.
Оттягивание неизбежного действует на меня странно.
Внутри меня ворочается ожидание завершения сегодняшнего вечера, вызывая приливы возбуждения, и сдается мне, Ящер знает, что я испытываю, потому что то, как он на меня поглядывает темнеющими глазами, говорит о том, что не одна я жду десерта.
Я кошмарна.
Просто ужасна.
Распутна.
Он взрослый, опасный, расчетливый.