Но почему он об этом вспомнил? Беспалому вдруг вспомнился недавний разговор с покойным Муллой – старик тоже брал его на испуг, рассказав странную и страшную историю о воровской юности Тимохи Беспалого. «Круто парень завернул. И методы знакомые, как будто у меня учился, падла. Ну что ты дальше запоешь, Коля?» – подумал Беспалый.
– Жизнь – странная штука, Николай Иванович, – заметил Беспалый. – Она бросает человека так, что иногда и сам толком не разберешь, что с тобой происходит. Но главное – это знать, чего ты хочешь в этой жизни.
Коля улыбнулся.
– Так-то оно так. Да ведь как докажешь, что у тебя за душой именно то, а не это. Кстати, как здоровье вашего батюшки?
– Спасибо, не жалуется, – коротко ответил Беспалый.
– А Мулла, значит, отдал Аллаху душу? – «Откуда знает, гад? – пронеслось в голове у Александра Тимофеевича. – Неужели у него и на моей зоне стукачки имеются?»
– Убит старик. В перестрелке.
– Что-то у вас там, я смотрю, вся головка криминального мира перебита – Мулла, Варяг, Щеголь… Как будто там у вас снайпер орудовал.
Беспалый промолчал и решил сменить тему.
– Скажите, вы ведь меня не за этим сюда пригласили, Николай Иванович? Неужели смерть какого-то вора – такое уж важное дело, чтобы о нем надо было говорить вдали от посторонних глаз и ушей?
Лицо Коли окаменело – и Беспалый понял, что ляпнул глупость.
– Александр Тимофеевич, смерть Заки Зайдуллы важна хотя бы потому, что он был, как я понимаю, последней ниточкой, связывающей вас с преступным прошлым вашего отца.
Но Беспалый уже все понял. Коля исключительно четко обрисовал ситуацию. Сейчас он приступит к основному – к вербовке Беспалого, а упоминание об отце, о Мулле – это крючок, на который Коля на всякий случай насадил Беспалого, предупреждая его возможную несговорчивость…
Тут разговор внезапно перешел на тему денег КПСС.