Набираю в легкие побольше воздуха и решаюсь озвучить то, чего так боюсь. Знаю, что реакция будет совсем не той, на которую надеюсь в глубине души. Скорее уж Юсупов сбежит сверкая пятками, стоит этим словам сорваться с моего языка.
Заур
– Я беременна, – словно ушат холодной воды, вываливает на меня новость Рыжуля.
– Беременна? – тупо повторяю я, не понимая, что значат эти слова. То есть я, конечно, не дурак и понимаю, что означает беременность, но сама мысль о том, что мы с Идой будем родителями, была чем-то сверхъестественным!
Хотя я же признал, что люблю ее? Признал! Дети, считай, следующий шаг, верно?
Хотя, бог видит, я совершенно к ним не готов! Почему именно на нас напала эта напасть? Нельзя было подождать годиков так десять?
Куда нам спешить в нашем возрасте?! Мы же, считай, только жить начинаем! А все эти подгузники и бутылочки… Брр…"
"– Я так и знала, что ты не обрадуешься! Ты же только и делаешь, что осуждаешь своих женатых друзей! Говоришь о том, что они уже завели по паре спиногрызов и застряли под женским каблуком! – вдруг начинает плакать моя Рыжуля, выводя меня из транса.
– Эй! – накрываю я ее губы своей ладонью, пересекая весь тот бред, что сейчас на меня польется. – Я, вообще-то, ничего не сказал! Беременна и беременна, велика беда, – фыркаю я, пытаясь не выдать свою панику.
Моя Рыжуля ведь всегда в первую очередь думает о счастье моего отца. А тот, бедный, только и делает, что спрашивает, не надумали ли мы сделать его дедушкой.
– Беда? – ожидаемо ухватывается она за глупо сорвавшееся с моего языка слова. – По-твоему, ребенок – это беда?! – полна она возмущения.
– Ну вот зачем ты утрируешь? А? Я ведь не в плохом смысле, – пытаюсь я прижать ее к себе, но упрямица не поддается, отталкивая меня.
– Уходи! Я сама со всем отлично справлюсь, ты мне не нужен! Назвать моего ребенка бедой…
– А ты мне очень даже нужна! – рявкаю я, не выдержав. – Для тебя было так просто бросить меня и уйти?! Собрала вещи и смоталась! – вновь начинаю я злиться, вспоминая про ее уход.