– Всё, ребятки, я вышел!
– Как ты это сделал? – возмущается Ида. – Ты же со мной болтал и не следил за игрой.
– Кто сказал, что я не следил? – хитро улыбаюсь, наблюдая за ходом игры.
– Я же говорил, – с довольной ухмылкой продолжает игру Халид, – здесь нужен ум, а не везение.
– Я бы поспорила! – Мадина покрывает карты Ратмира и тоже выходит из игры. – Круто, когда тебе попадаются козыри.
Глава 13
Ида
Такое ощущение, что козыри попались всем, кроме меня. Я просто набираю в руки все карты, что падают передо мной.
– Итак, первый выбывший – Заур, а последняя – Ида. Всё честно, – немного виновато оглашает результаты игры Ника, – желание загадывает Заур.
Вот это-то мне и не нравится! Представляю, что он там загадает! Явно что-то ужасно пошлое. Он долго-долго сканирует меня взглядом. Мучает ожиданием. Я уже готова поторопить его и потребовать сказать желание, как он вдруг удивляет:
– Я решил передарить желание Иде. Пусть она загадает свое. Уж слишком она грустная.
– Как это ми-и-и-ло, – восхищается Мадина, – учитесь галантности у Заура, мальчики.
«О да, просто сама галантность! – скриплю про себя зубами. – Явно придумал какую-то хитрость!»
– И что же ты задумал? – упираю руки в боки и спрашиваю, когда мы оказываемся в комнате после долгого вечера с играми и болтовней.
– Что ты имеешь в виду? – Заур лениво отталкивается от косяка и идет ко мне.
– Никакого желания я, конечно же, высказать не смогу! Это просто какой-то трюк!
– Никакой не трюк.
– Да правда! Ни за что не поверю.
– А что тебя удивляет? Все мои желания были слишком пошлыми, чтобы говорить их при всех, вот я и отдал свое желание тебе.
– Пошлыми? Почему пошлыми? – испуганно моргаю.
– Да потому что, Рыжуля, у меня других рядом с тобой и не появляется, – вдруг рычит он и так неожиданно притягивает меня к себе, что я не успеваю и пикнуть!
Как всегда, жадный и нетерпеливый рот прижимается ко мне, и я теряюсь в калейдоскопе чувств.
Со стоном поднимаю руки и запускаю их в его волосы.
Сама не понимаю, как оказываюсь лежащей на кровати, только чувствую, как наглые руки с легкостью задирают вязаное платье, стягивая с меня колготки. Пытаюсь запротестовать, но рот всё еще занят, а руки, поглаживающие бедра, доставляют такое удовольствие, что я затихаю.
В голове абсолютно пусто, и, как бы я ни пыталась призвать свое здравомыслие, мне этого не удается.