Видите ли, у папы был еще один роман с одной из барменш, роман, который получил славную огласку несколько коротких месяцев спустя, и мама знала. Она знала и вместо того, чтобы вышвырнуть его, забралась в постель. Шону еще не исполнилось двух, и он был настоящим испытанием. Между тем, как у него резались задние зубы, и криками всю ночь напролет, все мы были измотаны.
У меня в BCS дела шли все хуже, а Джоуи все чаще выходил из себя. Ругался с учителями, ввязывался в драки в школе и еще большие драки дома, пока однажды у него не появилась новая группа друзей.
После этого Джоуи начал отдаляться. Он стал скрытным и отстраненным. Его ничто не волновало. Ни школа, ни метание. Он просто исчезал.
Пока однажды в школе одна из девочек из его класса, симпатичная блондинка, которая всегда наблюдала за ним, девочка, с которой, я была уверена, Джоуи никогда не говорил больше двух слов, не погналась за ним на школьный двор и не дала ему сесть в машину.
Я так и не узнала, что сказала Ифа в тот день, но что бы это ни было, это заставило Джоуи отойти от машины и вместо этого сесть в ее.
После этого для него все начало медленно меняться. Он начал возвращаться к нам, кусочек за кусочком. Потому что Ифа дала ему что-то в тот день, за что можно было цепляться. Надежду на будущее.
А потом мой отец снова забрал у него это нечто.
Он лишил себя надежды.
Я увидела это в его глазах, когда он навещал меня в больнице; лампочка, которую Ифа включила внутри него, медленно погасла до такой степени, что он снова погрузился во тьму.
Если бы он мог просто отоспаться, проспать все, что он вывел из своего организма, тогда, возможно, он проснулся бы с некоторой ясностью. Ясная голова и способность к спокойному, рациональному мышлению. Может быть, он мог бы…
— Шэн? Звонила моя мама, и мне нужно домой. — Голос Клэр прервал мои мысли, и я обернулась, обнаружив ее стоящей в дверном проеме.