Я знал, что меня обвинят в том, что я не пустил ее сегодня вечером, я знал, что мне будут угрожать, я знал, что миллион других ужасных вещей будут ждать меня, как только я вырулю на ее улицу, но я не мог найти в себе сил волноваться. К черту беспокойство, я был чертовски доволен собой.
Моя безоблачная суббота каким-то образом превратилась в субботний вечер с моей девушкой на спине и моими пальцами внутри нее. Господи Иисусе, звуки, которые она издавала, когда оказывалась рядом со мной, будут преследовать меня.
Я не хотел возвращать ее, но я также не хотел, чтобы она страдала третьей степени от моей матери. Сегодня я зашел слишком далеко. Я знал это, но я не мог сожалеть об этом, потому что она была просто… умопомрачительной. Честное слово, я зашел с ней так далеко, что знал, что утону. С таким же успехом они могли бы посадить меня прямо сейчас, потому что со мной было покончено.
Колени Шэннон беспокойно подрагивали, когда она смотрела в ветровое стекло машины, наблюдая за другими машинами, проносящимися мимо нас.
— Надеюсь, Джоуи дома, — сказала Шэннон, отвлекая меня от моих мыслей.
— Хм?
— Джоуи, — повторила она, хрустнув костяшками пальцев. — Я действительно надеюсь, что он дома.
Протянув руку, я взял ее за руку и ободряюще сжал. Она дрожала, и это заставляло меня чувствовать себя убийцей.
В ту минуту, когда я подъехал к дому гребаных ужасов и заглушил двигатель, крики наполнили мои уши. Господи, что не так с их соседями? Я слышал шум побоища из-за садовой стены.
— Э-э… — Глубоко сглотнув, Шэннон заправила волосы за уши и потянулась, чтобы отстегнуть ремень безопасности. — Спасибо за отличный вечер.