Рот мистера Туоми открылся от удивления, и я была почти уверена, что выражение его лица было зеркальным отражением моего и Даррена, когда мы уставились на отца Джонни. — Прошу прощения?
— Ну, это предельно ясно, Шеймус, — ответил мистер Кавана тем приторно-сладким голосом, которым пользуются только люди, обладающие большой властью. — Вы так быстро позвонили в Полицию и выдвинули обвинения против мальчика Линча за его роль в инциденте, что я считаю справедливым и несу личную ответственность за предоставление своих услуг их семье.
Джонни улыбнулся отцу.
Тем временем мы с Дарреном оба продолжали изумленно таращиться.
— Пойдем, — приказал мистер Кавана своим холодным и собранным тоном, поворачиваясь к сыну. — Твоей маме нужно, чтобы я купил перечный соус к ужину, и мне нужно съездить на станцию полиции, прежде чем я…
— Подождите, подождите, подождите, — выдавил мистер Туоми. — Мистер Кавана, не могли бы вы вернуться в мой кабинет, пожалуйста?
Отец Джонни многозначительно посмотрел на часы и вздохнул, прежде чем неохотно кивнуть. — Я могу уделить тебе пятнадцать минут.
— Да, да, спасибо.
— Ловишь рыбу в бочке, пап? — Джонни съязвил.
Тихо посмеиваясь, мистер Кавана подмигнул своему сыну, прежде чем последовать за мистером Туоми. Остановившись в дверях офиса, он повернулся к Даррену и сказал: — Я привезу твоего брата домой к десяти вечера.
— Большое вам спасибо. — Тяжело вздохнув, Даррен подошел к мистеру Кавана и протянул руку. — И я очень сожалею о том, что моя семья…
— Не имеет значения, — ответил отец Джонни, пожимая Даррену руку.