— Пожалуйста?
— Черт, пожалуйста, не говори это так, — выдавил он, слезая с меня. Он вытащил обертку из фольги сбоку от своих спортивных штанов и бросил ее на кровать, прежде чем раздеться. — Продолжай умолять меня, и ты заставишь меня взорваться еще до того, как я к тебе прикоснусь.
— Прости. — Дрожа, я юркнула под одеяло и зачарованно смотрела, как он разорвал обертку от презерватива и быстро натянул ее. — Я просто… да. — Кивнув, я плюхнулась на спину и прошептала: — Да.
— Да? — Откинув одеяло, Джонни забрался ко мне.
Не в силах больше ни секунды не прикасаться к нему, я обхватила шею Джонни рукой и притянула его лицо к своему, губы слились в поцелуе, который я хотела никогда не прерывать. Он переместился поверх меня, а затем на меня, медленно раздвигая мои бедра своими. Я позволила своим ногам раздвинуться, впившись пальцами в его бока, когда почувствовала, как он прижался ко мне. Он тяжело дышал, его грудь быстро поднималась и опускалась, когда он с болезненной нежностью входил в мое тело.
Его лоб коснулся моего таким успокаивающим и нежным движением, что я почувствовала, как слезы защипали мне глаза, когда мои эмоции угрожали прорваться сквозь меня. — Дерьмо, — простонал он странно беспомощным тоном, в котором звучала боль, когда он навис надо мной, перенеся свой вес на локоть, в то время как свободной рукой обхватил и погладил меня по щеке. — Тебе больно? — Успокаиваясь внутри меня, он прошептал: — Я делаю тебе больно?
Я была ошеломлена, тонула в ощущениях, которые одновременно обжигали меня и поджигали, но он не причинял мне боли так, как думал.
Его глаза искали мои, неуверенность мелькнула на его лице, когда он глубже вошел в меня, оставляя обжигающий след восхитительного разрушения с каждым толчком своих бедер. — Ты уверена?
Мои руки так крепко обхватили его шею, что я была уверена, что где-то перекрываю кровообращение, но я не могла его отпустить.