Платье хоть и осталось прежним, но Ноев никогда не обращает внимание на мой внешний вид. Спреем, убирающим чужой запах, обрызгалась основательно. Благо, такого средства в комнате столько, что можно ванную заполнить доверху и искупаться без проблем. Папа в своё время закупил несколько коробок, чтобы всегда было впрок на непредвиденный случай.
Где тогда прокол?
Хмурюсь в душе, а на публику изображаю удивление и внимательно слежу за Ноевым, подкрадывающимся ко мне, словно хищник.
Линзы!
Осеняет вдруг. Но как не вовремя.
Вот дурочка! Мия-Мия.
Ругаю себя за дело.
— А тебе идёт, — хмыкает мой жених, останавливаясь буквально в шаге. Затем засовывает руки в карманы черных классических брюк и перекатывается с пятки на носок. — Мне нравится. Хочу, чтобы при встрече со мной ты их носила всегда.
Прищуривается и замирает, ожидая ответа.
— Хорошо, — киваю, самой себе напоминая заводную куклу.
Но Винсу нравится. Замечаю, что хмурые морщины на его лице слегка разглаживаются, и плечи заметно расслабляются.
Фух, всё сделала верно.
Не успеваю порадоваться, как снова всё меняется. Шум на улице заставляет Ноева резко вскинуть голову и метнуться к окну.
Кто там?
Спрашиваю мысленно и тут же узнаю ответ.
— Выскочка, — шипит на грани слышимости Винс, с такой силой сжимая край подоконника, что дерево под пальцами начинает поскрипывать.
Мне же становится не по себе. Бета пугает агрессивностью и злостью, горящей в глазах.
— Я запрещаю тебе подходить к окну! — отдает резкий приказ, оборачиваясь и сверля меня недобрым взглядом.
— Хорошо, — вновь соглашаюсь, стараясь сгладить ситуацию, которой совершенно не понимаю.
— Надо было тебя вывезти из дома и спрятать в городе на резервной квартире или на краю поселка в свободном доме запереть, — выдает Винс, словно разговаривает сам с собой."
"А я теряюсь. То, что слышу, пахнет наглостью и бесчинством. Мне вообще теперь кажется, что папа поступил опрометчиво, скрыв меня ото всех, кроме этого оборотня, возомнившего себя невесть кем.
Да, отец старался защитить, сберечь.
— Но мой дом здесь, — напоминаю бете о том, что в пылу жажды власти он начинает забывать.
— Здесь дом альфы, — с таким пафосом высказывается мужчина, будто ко мне этот факт не имеет никакого отношения.
— Именно так, бета Винс, — устав склонять голову, Серебрянка огрызается, а я вместе с ней.