Никогда не испытывал столько отвратительных чувств одновременно: ревность, ненависть, едкое разочарование, отвращение и тупую боль, разрывающую грудную клетку. Отец приказывает Виталине подняться наверх, и она покорно убегает, строя из себя жертву. Он идет на меня, предлагает пройти в его кабинет и поговорить, а я не уверен, что хочу разговаривать. Мне хочется разгромить все вокруг и сжечь этот дом вместе с ними. Впервые сжимаю кулаки до боли от того, что хочу заехать в челюсть собственному отцу."
"— Денис…, - начинает он, спокойно разливая виски по бокалу.
Тут будет реклама 1
Черт, всегда завидовал его выдержке и самообладанию. Он, сука, настолько спокоен и собран, что мне тошно от его холеной физиономии. Отец протягивает мне стакан с коллекционным виски, а я выбиваю стакан из его рук, разбивая его вдребезги, морщась от звона стекла. Напиться, конечно, смертельно хочется, но я больше не желаю ничего принимать из его рук. Он испачкал этими руками мою любовь. Стало бы мне легче, если бы я застал Виталину с любым другим? Наверное, да.
Тут будет реклама 2
Нет, меня бы, наверное, так же скручивало от боли, но мне хотя бы не пришлось возненавидеть собственного отца.
Александр Владимирович сжимает челюсть, но также спокойно принимает мою выходку, опрокидывает стакан с виски, глубоко вздыхает, садится в свое рабочее кресло, складывая руки на стол, давя на меня своим статусом. Только мне уже ни хрена не восхищает его положение.
— Я встретил Виталину раньше, чем узнал, что вы знакомы, — уверенно сообщает он, смотря в глаза, и видно, что ему не нравится мой взгляд.
Тут будет реклама 3
— Мы…, - останавливается, вновь глубоко вдыхает, подбирая слова, а я смотрю на осколки и брызги виски и понимаю, что точно также разлетелось мое мировосприятие. Нет, я и раньше знал, что реальная жизнь жестока и цинична, но не думал, что до такой степени. — Мы были близки до того, как ты привел ее в мой кабинет. Ты имеешь право обвинять меня и ненавидеть. Я понимаю тебя…
— Ни хрена! Ни хрена ты не понимаешь! Иначе не прикоснулся бы к ней больше.
Тут будет реклама 4
А знаешь, что? — задыхаюсь, сам не понимая, что несу, а он выгибает брови и ждет продолжения. И мне хочется стереть с его лица это чертово спокойствие, хочется, чтобы загнулся от боли, в которой я сейчас корчусь. Быстро подхожу к нему и херачу со всей силы в стол, разбивая костяшки пальцев в кровь. Разворачиваюсь и буквально выбегаю из его кабинета, понимая, что сейчас способен на страшные вещи, о которых потом пожалею.
