А теперь — отправляйся в мир смертных и приведи его ко мне. У тебя есть на это смертный месяц!
Договорив, Князь Демонов развернулся и покинул владения Хельмера.
Тот, дождавшись пока точно останется один, принюхался.
— Теперь понятно, почему все утро пахло дерьмом…
Глава 1345
— Это уже становится своеобразной традицией, — вздохнул Хаджар.
Нет, положительно, темница Рубинового Дворца отличалась в лучшую сторону от такого же сооружения в Рубиновой Горе. Во всяком случае, здесь можно было стоять в полный рост.
Да и вместо вырубки в стене, здесь располагалась самая настоящая кровать. Не чета той, которую можно было встретить даже в дешевой таверне, но учитывая, что Хаджар, все же, находился в темнице, то ожидать большего было бы попросту глупо.
Вместо решетки, кстати, проход в коридор, выложенный серым камнем чем-то напоминающим кирпич, ограничивало заклинание.
Вздохнув, он опустился на край кровати и, с наслаждением, помассировал виски.
Столь приятно было ощущать отсутствие давящего обруча — магического артефакта Чин’Аме.
Когда они, вместе с принцессой Тенед и раненной Таш’Маган прибыли в Рубиновый Дворец, то, согласно наложенному заклинанию и данной клятве, Хаджар выполнил свою миссию.
Абсолютно один.
Если Глава Павильона Волшебного Рассвета так же находился где-то в подземелье (кстати, не факт, что они находились под землей, так как через узкие окна бойницы в камеру проливался отнюдь не магический, а вполне себе естественный дневной свет), то достаточно далеко от Хаджара, чтобы они не могли друг с другой общаться.
Хотя, кто знает, возможно это всего лишь действие заклинания. Может оно ограничивали не только свободу передвижения внутри каменного мешка, но и не давало звукам покинуть пределы…
— Хаджар…
А может и нет.
Хаджар поднял голову. Перед ним стояла принцесса. Она сменила платье праздника Рубина и Дракона на… другое платье. Белоснежное, как облака по ранней весне.