Разве могу я ей не доверять?
Маша, наконец, окончательно проснулась и зашевелилась. Босс попытался её вернуть обратно, с усилием прижимая к груди.
- Не трепыхайся. Так хорошо ведь лежали…
- Вы, Дмитрий Олегович, со своей Агнессой Романовной «хорошо и доверительно ложитесь». Она Вам много чего честного нашепчет. А мне пора Вам завтрак готовить.
Маша раздражённо поднялась с кровати.
- Вам штанишки подать?
- Вот до чего вы, бабы, всегда беспокойные! – разозлился босс усаживаясь и свешивая ноги на пол, - Не понимаете по-хорошему!
- Мы, бабы, всего лишь у Вас работаем, - огрызнулась девушка, - И эту черту попрошу не переступать!
- Так ты продолжишь поиски новой работы? – крикнул босс вслед выходящей Маше.
- Посмотрим!..
***
Завтракали они молча, каждый уткнувшись в свою тарелку. Маша нажарила оладий и подала их со сметаной. Дмитрий зло и, как-то прям, беспощадно уничтожал один оладушек за другим. Возобновлять прерванный разговор никому не хотелось.
Мария Валентиновна обиженно вспоминала, как босс, натравленный на неё Горгоной, бросался на неё, как цепной пёс.
Тот факт, что Маша уже извинялась и, притом, очень вежливо и достойно, он в памяти раздражённо отметал, как неискреннюю игру и продолжал в голове осуждать девушку и придумывать для неё новые упрёки…
После завтрака Мария потребовала от босса снова залезть в постель и смотреть свой дурацкий телевизор во всю стену.
Дмитрий Олегович, было, попробовал запротестовать и даже говорил, что в понедельник всё равно приходит уборщица, но Мария Валентиновна огрызнулась что-то насчёт того, что больному требуется чистота и что с её появлением в квартире, всё заросло грязью и пылью, поскольку, она не только плохой работник, а также, развязная и, к хорошим людям, непочтительная хамка, но ещё и как соседка по квартире, конечно же, полная засранка и, мол, зачем, вообще, таким замечательным и справедливым боссам её так долго терпеть…
***
Обед их прошёл немногим лучше завтрака.